Я ждала реакции, а у самой, казалось, пар шёл из ушей от злости и обиды.
Кай ничего не ответил, только глянул недовольно и отвернулся, делая вид, что спит. Это раздражало ещё больше.
Я тоже повернулась к нему спиной, сжалась в комочек и решила, что ни за что не буду реветь из-за этого болвана. Получалось неважно. Злые слёзы катились по щекам.
«Нет, ну куда это годится? А ну возьми себя в руки!» — велела я себе и стала смотреть на край ночного неба и зарево чужого причудливого леса.
Крона дерева еле уловимо покачивалась, словно гигантская люлька. Дракон недовольно вздыхал и возился за спиной. Снизу доносились шорохи и тихие звуки ночного леса. Я положила руку на живот, следуя странному инстинкту, и закрыла глаза.
Сон был странным, как это часто бывает. Я понимала, что сплю, и боялась вырваться из грёз. Валера подарил мне кольцо. Жизнь казалась безмятежной и прекрасной. Летнее солнце слепило глаза. Мы вдвоём лежали на большом надувном матраце посреди озера. Лёгкие волны покачивали наш плот. Я подняла ладонь к лицу, чтобы прикрыть от солнца глаза.
По яркому голубому небу медленно плыли редкие кудрявые облака. Валера рассуждал о рыбалке, в которой я не понимала ни черта. Но слушать было интересно. Слова убаюкивали, матрац раскачивался.
Я попыталась нащупать руку Валеры, но не смогла. Веки отяжелели, кругом была чернота. Вдруг видение сменилось. Мы во дворе бабушкиного дома. Жёлтый свет фонарей яркими кругами освещает детскую площадку. Редкие прохожие спешат по своим делам. Холодный ветерок срывает листья с деревьев. В воздухе пахнет приближающейся осенью. Я слишком хорошо помню этот поздний вечер, и мне не по себе. Не хочу переживать его снова.
Валера сидит рядом на скамейке, хмурится. Яркие окна домов безразлично взирают на двор. Вот в одном из них, знакомом с детства, появилась фигура. Бабушка выглянула в окно, беспокоится. Я уже давно взрослая, скоро закончу учёбу, а она всё видит во мне девчонку.
— Аня, — произнёс парень. — Мы же всё решили, скоро свадьба. Я думал, ты…
— Что? Думал, откажусь от своей мечты? — перебила я.
— Ну какой космос? Неужели на Земле нет работы? Ты, правда, не понимаешь?
— Валер, я ещё никуда не лечу. Это только сборы. Мне год ещё учиться. Я, может, и отбор не пройду. А потом там серьёзные тренировки, больше половины отсеивается.
— С твоим-то характером. Ага, как же, не пройдёшь. — Он помолчал, явно подбирая слова. — Ань, ну я же про семью говорю. Да ну как ты не понимаешь?
— Не понимаю.