В узком ряду металлических гаражей, отделенных от обширного пустыря школьными заборами, жил Романков. В чехле на поясе подал голос его мобильник — знак того, что пришла необходимая связь. Не спеша вырулил и остановился перед воротами одного из гаражей, уставившись на внезапно напоминающий дома чертёж....
– А вот этого делать не советую, – сразу и конкретно сказал Алиахмет Нурович, объясняя полковнику ЦРУ некоторые характерные детали российского менталитета. – У меня слишком много друзей в Америке, которые охотно убедят тебя в неправоте.
Джеффри Коул такого оборота не ждал и замолчал надолго.
– Well... – сказал, наконец. – Я жду твоего звонка."
"Алиахмет Нурович положил трубку. Неприятный разговор. И следующий разговор с полковником Коулом будет, скорее всего, таким же, если не более неприятным. Хотя мысль о том, чтобы работать без американца, возникла в голове Вагиза, Алиахмет Нурович тогда поддержал ее.
Новый телефонный звонок, на сей раз на мобильник, не дал Алиахмету Нуровичу сформулировать мысль окончательно. Номер, высветившийся на мониторчике, показался знакомым, но сразу вспомнить, кто звонит, он не смог.
– Слушаю... – ответил раздраженно.
– Алло! – прокричал кто-то в трубку так, что из-за вибрации мембраны слово разобрать было почти невозможно. – Алиахмет Ну-у-у-у... – И голос, постепенно слабея, стих в каком-то непонятном дразнящем гашении, смешанном с издевательским взвизгиванием.
– Алло! – непонимающе сказал Алиахмет Нурович. – Алло!..
– Ну-ну... У-у-у... – подразнил его кто-то.
А потом раздался детский смех.
Это уже было что-то новое. Кто-то откровенно дразнил и выводил его из себя. Но Алиахмет Нурович совсем не тот человек, которого можно увидеть в смешном свете. И насмешек над собой он с самого детства не прощает. С детства.
