Знал только, что добытое поможет ему дать путевку в жизнь многим сиротам. А на остальное по большому счету ему было наплевать. Не он эту жизнь придумал.
Закончив, таким образом, с самокопанием, Елисей сменил позу и вернулся к размышлениям о своих сомнениях, о правильности налета на «малину». Он все никак не мог понять, что ему не дает покоя. Ведь на первый взгляд, когда он обходил уже знакомое подворье, там все было, как и в прошлый раз. Только собак завели. Так что же зацепило его подсознание? Сообразив, как понять, что не так, Елисей начал вспоминать тот день буквально поминутно.
* * *В день приема полковник был сильно на взводе. То и дело дергая слуг, он требовал от них какие-то мелочи. То же самое было и с подчиненными. Устав от всей этой суеты, Елисей ухватил контрразведчика за локоть и, оттащив к окну, тихо спросил, жестко глядя в глаза:
– Александр Савич, что происходит? Вы ведете себя, словно беременная институтка. Что-то не так с доказательствами вины графа?
– Не знаю, – медленно выдохнув сквозь сжатые зубы, признался полковник. – Все бумаги оформлены с соблюдением всех циркуляров, но боюсь, что эта шкура опять вывернется. Уж больно связи у этого семейства серьезные.
– Делай, что должен, и пусть будет, что будет, – помолчав, высказался Елисей, глядя ему в глаза. – Я так и живу. И должен сказать, помогает.
– Что ты хочешь сказать? – не сразу понял полковник, занятый своими мыслями.
– Если вы оформили все бумаги так, как положено и к ним придраться нельзя, то в остальном вы ничего изменить не сможете. Ежели решат наверху, что его нужно отпустить, то так и будет. С волей самого вам спорить не с руки. А вот сделать кое-что можно. Но сначала нужно точно знать, что за него заступились.
– О чем ты? – насторожился контрразведчик.
– Все можно решить при помощи одного хорошего стрелка. Один выстрел в нужное время в нужном месте, и предатель получит свою кару, – жестко ответил парень.
– И у тебя есть такой стрелок? – с мрачной иронией поинтересовался полковник.
– Найдем, – хищно усмехнулся парень.
– Похоже, я многого о тебе не знаю, – задумчиво протянул контрразведчик, рассматривая Елисея удивленно-задумчивым взглядом.
«Ты даже не представляешь, сколько», – усмехнулся Елисей про себя, и все так же тихо добавил:
– Возьмите себя в руки. Вы и ваши люди сделали все, что можно было сделать. Теперь все зависит от чести и честности других.
– Ты прав, – подумав, решительно кивнул полковник. – Благодарю.
– Не за что, – улыбнулся парень.
Вошедший слуга объявил, что карета подана, и полковник, крепко хлопнув парня по плечу, скомандовал:
– В дорогу. Опаздывать нам нельзя.
К удивлению Елисея, на прием они ехали в закрытой карете, принадлежавшей службе Тимофеева.