Да и в банке англицком счетец весьма приличный имеется.
Выйдя на крыльцо дома, Карп Савельич придирчиво осмотрел поданную ему коляску и перевел взгляд на пару серых коней, в нее запряженных.
«Говорил же, порка им нужна», – усмехнулся он про себя, примечая, что сиденья коляски отерты от пыли, а кони вычищены до блеска.
Усевшись в коляску, Карп Савельич негромко скомандовал замершему кучеру:
– На службу, – и, откинувшись на сиденье, принялся вспоминать, что ему сегодня предстоит сделать.
Денек обещал быть погожим, и статский советник третьего ранга отвлекся, любуясь горами на горизонте. Ему вообще было присуще чувство прекрасного, и даже теперь, проведя на Кавказе столько лет, он не мог не признать, что места тут и вправду чудесные. Залюбовавшись, он не заметил, как рядом с его коляской, сбросившей скорость на повороте, вдруг словно из-под земли возник человек, а потом все погрузилось в темноту.
Прибежавший в полицейский участок кучер сбивчиво пытался объяснить, что господина Нежинского скрали горцы, но дежурный полицейский посоветовал ему сходить проспаться. Ну какие, скажите на милость, горцы посреди города, да еще и средь бела дня? Но настойчивость кучера, наконец, возымела свое действие. Отправив посыльного в управу генерал-губернаторства, полиция выяснила, что статский советник на службу не явился, и учинила поиск."
"Как выяснилось из допроса самого кучера, все случилось, едва только они отъехали от дома. На повороте коляску качнуло, потом послышался какой-то шлепок, и кучер начал поворачиваться. Потом что-то ударило его по голове, и больше он ничего не помнил. Промучившись с допросом почти три часа, полицейский ротмистр плюнул и, отправив кучера домой, отправился на доклад к господину полицмейстеру.
Внимательно выслушав его, господин полицмейстер изволили крепко задуматься, после чего, недоуменно хмыкнув, уточнили:
– И как прикажете это понимать, господин ротмистр? Выходит, у нас средь бела дня цельного статского советника скрали, а мы ни сном ни духом? Это кто ж тут такой ловкий объявился, позвольте спросить?
От вкрадчиво-злобного тона господина полицмейстера ротмистр чуть вздрогнул, но тут же, взяв себя в руки, бодро доложил:
– Подобными делами пластуны известны. Давеча, когда контрразведка свои дела крутила, они несколько человек так взяли.
– Вы уверены? – насторожился полицмейстер.
– Так точно, ваше высокопревосходительство. Я в той их операции с вашего приказания участвовал. Им своих людей не хватало.
– Да помню я, помню, – чуть покривившись, отмахнулся полицмейстер. – Это что ж выходит, господина статского советника контрразведка прихватила?
– Не могу знать, ваше высокоблагородие. Но с господином Тимофеевым я бы побеседовал, с вашего разрешения.