Из низкой двери в стороне от входа выскользнул невысокий жилистый мужичок неопределенного возраста и, осмотревшись, быстрым шагом подошел к коляске. С достоинством поклонившись полковнику, он с интересом покосился на Елисея и, огладив аккуратно подстриженную бороду, тихо спросил:
– Случилось чего, ваше высокоблагородие?
– Нужно князя по всяким лавкам мелким поводить, где оружием всяким торгуют. Но сделать надо это быстро. И ежели что, помочь. Коляска вам нужна будет? – уточнил он, с сомнением оглядываясь и явно высматривая свободного лихача.
– На извозчике доберемся, ежели что, – отмахнулся Елисей. – Любим, свези господина полковника, куда скажет, а после здесь меня жди. Вон, в трактире посиди. Только без драки.
– Ты ж знаешь, княже. Не полезут, не трону, – весело улыбнулся казачок.
– Не полезут. Я хозяина предупрежу, – одобрительно усмехнулся Ефим и, развернувшись, быстро прошел в трактир.
Елисей сошел на землю и, расправив плечи, напомнил:
– Пусть ваши люди во всех крупных лавках про княжну спрашивают. Может, и повезет.
– Все исполню, – решительно кивнул полковник и хлопнул Любима по широкой спине. – Трогай, голубчик. К Адмиралтейству.
Вернувшийся из трактира Ефим, проводив коляску взглядом, снова огладил бороду и, повернувшись к парню, прямо спросил:
– Что ищем, ваше сиятельство?
– Кого. Княжну Наталью Тарханову видеть доводилось?
– Ох, чтоб тебя! – охнул Ефим. – Неужто скрали?
– Непонятно пока, – вздохнул Елисей. – Из дома сама сбежала, а вот куда пошла, неизвестно. Обещалась к завтраку быть. Записку оставила. Думаю, побежала по лавкам оружейным.
– Девка? По оружейным? – удивился Ефим.
– Там девка с норовом трех пацанов разом, – ехидно усмехнулся Елисей. – Ей не куклы, а оружие интересно. Так что думай, кто тут оружием всяким торгует. Особо вспоминай, у кого оно нелегально быть может.
– Да откуда ж княжне про такое знать?! – не поверил Ефим.
– Эта заноза и не такое узнать могла, – отмахнулся Елисей. – Умна, зараза, да еще и папашей вертит, словно флюгером. Думаю, сумела кого-нибудь разговорить.
– Прям не девка, а лазутчик стана вражеского, – тихо рассмеялся Ефим.
– А ты вспомни, кто папаша у нее, сам все поймешь, – усмехнулся Елисей в ответ.
– Добро, понял я тебя, княже, – помолчав, кивнул Ефим. – Есть тут пара лавок, которые давно уж прикрыть пора, да у службы все руки не доходят. Пошли.
Он решительно свернул за угол и повел парня куда-то в глубь торговых рядов.
* * *Толкнув скрипучую старую дверь, Елисей вошел в полутемную лавку и, оглядевшись, направился к прилавку. Настороженно рассматривавший его мужичок с рожей продувной бестии чуть прищурился и, окинув парня внимательным взглядом, угрюмо поинтересовался:
– Чем могу служить, вьюнош?"
"– Человека я ищу. Невесту свою.