В тихом уголке под старыми окнами, где даже ночью можно уловить легкий аромат свежевыжатого лимона, наш герой начинает очередной день вдвоем с неожиданным гостьем: мышью, притаившейся в холодильнике. Без единой мысли о том, что будет дальше, он натягивает на себя старую куртку и выходит на лестничный подъезд, чтобы нести коляску по узким ступеням. Внутри собственной квартиры он чувствует только одиночество — жена давно покинула его дом....
Его возвращение для нее означало, что ее семья будет все так же получать пусть небольшой, но регулярный доход от коменданта крепости, а сам он продолжит помогать ей по хозяйству.
Выйдя в общую комнату, Елисей с улыбкой подмигнул изнывавшим от любопытства девчушкам и, выложив свертки на стол, позвал:
— Наталья, подь сюда.
— Чего, Елисей? — робко спросила женщина, подходя к столу и на ходу вытирая руки передником.
— Вот, держи, — развернул парень первый сверток, протягивая ей отрез ткани.
— Господи! Неужто мне?! — ахнула женщина, не смея взять сверток в руки.
— Тебе, тебе, — усмехнулся Елисей. — И вот еще. Тоже тебе, — добавил он, разворачивая шаль. — Ну, а это вам, стрекозы. Выбирайте, кому какая глянется. Только не ссориться, — улыбнулся он, отдавая девочкам ленты. — А вот это после ужина, — закончил он, выкладывая на стол связку леденцов. Петушки на палочке.
— Леденцы! — дружно заверещали девчушки, глядя на лакомство восторженными глазенками.
— Вон, мамка потом даст. Только не все сразу ешьте.
— Балуешь ты их, Елисей, — смущенно высказалась Наталья, глядя на него с нескрываемой благодарностью.
— На то и дети, — вздохнул парень. — У меня ведь тоже сестренки малые были.
Тихо охнув, Наталья прикрыла рот ладонью. Потом, сообразив, что это было просто короткое воспоминание, быстро прихватила подарки и унеслась в свою комнату. Спустя полчаса она накрыла на стол, и Елисей принялся отдавать должное ее стряпне.
К огромному удовольствию парня, и бабка, и Наталья готовили пищу с пряностями, именно так, как он всегда любил. А тут еще и общее влияние местных народов, где кухня без пряностей просто не бывает. В общем, от стола Елисей отвалился, едва переводя дыхание.
— Вот теперь и поспать можно, — проворчал он, глядя на хозяйку осоловелым взглядом.
* * *Отодвинув ветку, Елисей осторожно выглянул в образовавшийся просвет и обрадованно усмехнулся. Крупный молодой олень, напившись, вскинул увенчанную еще не большими рогами голову и чутко повел ушами. Одновременно его влажный нос зашевелился, принюхиваясь. Елисей плавно поднял карабин и, наведя прицел зверю под лопатку, плавно спустил курок. Эхо выстрела загуляло по склону горы, а парень, сорвавшись с места, метнулся к ручью, где вытропил оленя.
