Автор
На поверхности они обнаруживают развалины, людей, перепробовавших все на свете в поисках спасения от кровожадных зомби — но только не для нашего героя. Вместе с другими детьми, он чувствует мир по-своему и видит его сквозь собственные глаза — даже когда окружающие воспринимают все как непреодолимое зло. Этот первенец уже знает о том, что в мире есть добрая сила, которую нужно защитить....
Это они и были: ждали, наблюдали.
– Давай–ка сядем, – сказала медсестра и помогла мне приподняться, подсунув под спину надувные подушки, затем вложила в руку какой–то приборчик с кнопкой, подключенный к капельнице. – Нажимай на эту кнопку, если станет сильно больно.
Мимо палатки прошел за территорию лагеря большой отряд военных: человек шестьдесят, не меньше. Некоторые из них были одеты в объемные серебристые костюмы, похожие на скафандры.
Что–то ярко полыхнуло. Штуки на спинах у «космонавтов», которые я посчитал баллонами с кислородом, оказались огнеметами: потоки красно–синего огня будут лизать улицы, выжигая машины и тела.
– Нет! – вырвалось у меня с содроганием.
– Все в порядке, – привычно–спокойным голосом произнесла медсестра, расплывшись в ободряющей улыбке, и стала делать записи в карте, прикрепленной к моим носилкам.
Вот показали Президента США в окружении генералов и журналистов.
Я решился задать еще один вопрос:
– Кто все это сделал? Теперь–то вы должны знать?
– Зависит от того, в какую версию ты готов поверить.
Со своего места я плохо видел бегущую строку и успевал читать только обрывки: «…страны ЕС, Китай и Россия объединили усилия…». Затем видео ряд сменился, и появилось знакомая аббревиатура НИМИИЗа.
– Пожалуйста, скажите, – попросил я, – как Австралия? Это моя родина, мой дом. Там все в порядке?
Медсестра проследила глазами, как оживленно пронеслась мимо палатки съемочная группа. На экран велась прямая трансляция вертолетной съемки Манхэттена. Потоки людей, тысячи человек выходили, выбегали из зданий, жилых домов и других мест укрытия, устремляясь к Центральному парку.
