Автор
На утро начальника отдела не хватает обычных хлопот: пробки и подгоревшая кашка. Но есть одно радость - любимый рок в музыкальном дроне автомобиля. В этот день звучит особенно важно, когда все кажется тоской. Екатерина Максимовна оказывается в неожиданной встрече, где ее мир начинает кружиться вокруг загадочных откровений и неизведанных опасностей....
Тишина полупустого заведения давила своей безысходностью. Признавать свою неправоту я не хотела, поэтому ели молча, каждый думая о своем. Деловой такой ужин. Без теплых взглядов, улыбок, привычных шуток и излюбленного обсуждения фильмов на основе древнегреческого эпоса.
Тишину разрушил телефонный звонок с неопределившимся номером. Что, опять какой-нибудь «соцопрос, который не займет много времени»? Ответила, просто чтобы разрядить холодную атмосферу. И тут же услышала знакомый до дрожи в коленках голос:
– Кать, не бросай трубку.
Бросило в жар. Вот Юрки мне еще не хватало!
– Что ты хотел? – тихо буркнула, всем существом ощущая напряженный вопросительный взгляд Макса.
– Я хотел?.. Это уже не важно, чего хотел я. Ты пожелала развода. Я готов обсудить детали при личной встрече. Договоримся о мирном решении, поделим квартиру и мебель.
– Когда? – поймала на себе испепеляющий взгляд и заерзала, невольно отодвигаясь.
– Приезжай завтра вечером. Набери мне, договоримся.
– Хорошо…
Стоило сбросить звонок дрожащими пальцами, как Макс безапелляционно заявил:
– Я тебя туда не отпущу. Пусть приезжает в кафе напротив дома.
– Ты что, подслушивал?!
– Значит, действительно к себе позвал квартиру делить? – снисходительно хмыкнул, щурясь на меня исподлобья.
– Макс, ты ведь сам спрашивал про развод. И что значит «не отпущу»?
– То и значит. Он тебе красивых баллад сейчас насочиняет, и домой ты не вернешься. И я, конечно, ценю одиночество, но буду безмерно скучать по твоему коту и дорогим женским шампуням в ванной, вытеснившим все драгоценное мне пространство.
– Ты драматизируешь, – нахохлилась.
– Несомненно. Но это не меняет моего условия насчет кафе.
– Максим, он – мой муж в конце концов! И мы должны…
– А я тебе кто? – перебил. – Игрушка без права голоса?
Вопрос повис в воздухе, я отвернулась. Если бы он знал, сколько значит для меня, то не стал бы даже спрашивать об этом! Неужели он до сих пор этого не понял? Я ведь столько раз могла уйти, но столько терпела, столько вынесла! Да я же первая сказала, что люблю, а в ответ ни разу, – вот ни единого доброго раза не услышала того же!.
И стоило мне повернуться к нему, чтобы объясниться, как Макс молча встал, бросив салфетку на стол, и направился к выходу.
Сердце замерло, время остановилось.
Он уходит.
Уходит!..
– Максим!.. – вскочила с места, тут же забыв об обиде.
