Герои обнаружили инопланетян в Москве начала 80-х, что открыло путь к путешествиям по разным планетам и реальностям. Сериал Звягинцева основан на авантюрных романах, где выбор между добром и злом определяет судьбу людей. Начинается масштабное приключение с элементами фантастики и загадочных событий.
Раздел Chitat.online для книги «Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герои обнаружили инопланетян в Москве начала 80-х, что открыло путь к путешествиям по разным планетам и реальностям. Сериал Звягинцева основан на авантюрных романах, где выбор между добром и злом определяет судьбу людей. Начинается масштабное приключение с элементами фантастики и загадочных событий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Василий Дмитриевич Звягинцев Легкое чтение Фантастика подборки серии
Герои обнаружили инопланетян в Москве начала 80-х, что открыло путь к путешествиям по разным планетам и реальностям. Сериал Звягинцева основан на авантюрных романах, где выбор между добром и злом определяет судьбу людей. Начинается масштабное приключение с элементами фантастики и загадочных событий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Одиссей покидает Итаку. Книги 1-13» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Народ потребляет жизненные блага через своих представителей… – коротко хохотнул Шульгин. – Берись, братцы, понесли. А чтоб все по науке было, предлагаю объявить нас объектами эксперимента. Что с нами будет, если у нас будет все? Деградируем мы или, наоборот, превратимся в титанов духа?
– Вечером приходи, я тебе книжку одну дам почитать, там как раз про это все написано, – сказал Новиков, приподнимая угол рояля.
Вот уже сделаны последние, самые последние штрихи, вроде цвета и фактуры ковров, оформления кухни и столовой, заполнения складов и холодильников всем, чтоб обеспечить кругосветное автономное плавание, как фигурально выразился Воронцов… И, кажется, конец! Остальное – в рабочем порядке.
Все четверо спустились вниз, сели на забытое бревно напротив дома. Какой он высокий, легкий на фоне ярко-синего неба. Светится весь янтарным светом.
– Ох, и красивы ж были, наверное, свежесрубленные русские города, когда таких теремов не один, не два, а сотни… Да церкви, да тын с башнями, а над всем – детинец и княжий дворец… – мечтательно сказал Берестин.
– Поначалу, конечно, да, – согласился Левашов. – Через зиму весь этот янтарь пропадет, выцветет, останется сплошь серый. Но все равно…
– А что, братцы, давайте ради благополучного завершения рванем куда-нибудь. В Рио-де-Жанейро, к примеру? Отужинаем, как люди, развлечемся…
Предложение, разумеется, было принято.
Пока Левашов регулировал настройку, остальные брились и принаряжались. И через час – вершина горы Корковадо, маленький, но дорогой и фешенебельный ресторанчик под кронами деревьев-великанов, под завесою лиан и бахромой лишайников, среди тропических цветов и душистых мимоз. Внизу сверкает электрическое море гигантского города, видна огненная подкова Копакабаны, а дальше – абсолютная тьма океана. Наверное, сотня прожекторов заливала ртутным светом тридцатиметровую статую раскинувшего руки Христа… Сюда не доходил шум улиц города, но, если прислушаться, можно было угадать мерные вздохи океанского прибоя.
Воронцов на английском, а Новиков на испанском успешно договорились с мулатом в белом пиджаке, и тот начал носить тарелки с чем-то национальным, из фасоли, мяса, перца, бананов и Бог знает каких южноамериканских специй. Попутно мулат сообщил, что бразильская кухня – самая изысканная в Америке и рекомендовал обязательно попробовать «итапоа» – пудинг из крабов. Пудинг не обманул ожиданий. Не встретила возражений и местная поговорка: «Лучше много хлеба, чем мало вина».
Шульгин сделал глоток и вдруг вспомнил Бендера:
– Жаль, что ему не повезло. Старику бы понравилось.
– Какому старику? Ему тогда было тридцать.
