– Короче - есть у меня возможность тебя выручить? С этой позиции или другой? Я сделаю!
– Снова рискнешь головой?
– А хрена ли? Я только что свою настоящую смерть увидел. После чего любая другая - плюнуть и растереть. Как считаешь, правда то была или очередной понт не с нашего двора?
– У любого человека обязательно где-то есть «настоящая» смерть. Все остальные он сам себе организует.
– Ну, спасибо, философ. Еще чуток поговори, и останешься отбывать свое покаяние…
– Да уж, Саша, истинно сказано - не верь льстецам, верь грубиянам. Как ты мне тогда в морду засветил…
– И мне вспомнить приятно. Но хватит порожняк гнать. Что делать - быстро!
Антон сказал, что следует предпринять Шульгину, чтобы для начала перебросить матрицу Антона в какое-нибудь человеческое тело. Проще всего, за неимением лучшего, писателя Юрия…
– Во, бля… - удивился Шульгин. - Откуда ты про него знаешь? И вообще - он из аггров, ты форзейль. И как же?
– Никакой разницы. Теперь. Если удастся, вернешься в Москву, помаракуем, что дальше делать. Здесь я скончаюсь от остановки моего погрязшего в неподобающих чувствах сердца - и пусть эта трижды долбанная вселенная катится гораздо ниже центра мирового равновесия… - Он добавил несколько фраз в духе незабвенного капитана Кирдяги[66], - В любом варианте там меня никто искать не будет.
– Плотно выражаешься, - похвалил Шульгин. - Есть шансы на выздоровление. Получается, кто-то тебя сдал своим, а кто-то заинтересован тебя выручить. Снова чужими руками. Я ведь не за тобой в странствия отправился. Наоборот, в душе надеялся, что очередной раз поможешь, если припрет. А оно вон как получилось. Кто ж меня под пулями на этот терминал вывел?
– Сам и вышел. Очень хотел, наверное.
Шульгин в душе согласился, что так и было. Все время в голове гвоздем сидела надежда на помощь Антона, картинка его кабинета в Замке, воспоминания о сомнительных по результатам, но все же дружеских встречах.
– Пусть так. Считаем, все к лучшему в этом лучшем из миров. Но пока я здесь, ты там и сохраняешь долю адекватности, подскажи, если знаешь, мне-то что дальше делать? В Москве или придется встретиться, или нет…
Антон прикрыл глаза темными, набрякшими веками, видимо, сосредотачиваясь.
И начал говорить странным, свистящим шепотом.
– Наступило время, когда действует не царь, а царица. На ее стороне сила. Всякая попытка подчинить ее себе может привести к опасным последствиям. Намечается возможность концентрации всего зла, которое было на предыдущих ступенях. Оно окончательно не побеждено. На время это зло получает возможность действовать вновь. Никакой компромисс со злом по существу недопустим. Спасти положение может только стойкое пребывание на месте.