Антон доехал до «Комсомольской» и в ее переходах легко сбросил «хвост»: выбрав нужный момент, укрылся за колонной, сунул шапку под полу, мгновенно заменив ее ворсистой меховой кепкой. Развернулся и пошел обратно. Теперь он изображал инвалида, приседая на правую ногу и загребая левой, сразу стал на голову ниже ростом, лицо скрылось за чужими плечами и спинами.
Переместился в тыл филеру, из-за очередной колонны понаблюдал за охватившей того паникой. А чего паниковать? Все уже! Два поезда отправились одновременно, сотни три людей увезли, столько же выбросили на перроны, по лестницам сверху катился поток практически одинаково одетых москвичей и гостей столицы, другой утекал навстречу. Не угадаешь, куда бежать, напарников нет, и нет мобильных средств связи. Остается возвращаться в контору и садиться за рапорт. Малоприятное занятие.
Бог ушел, в отпуск или совсем, тут демоны и разгулялись…
Так ведь сам Антон и в этой ситуации фигура не из последних.
Оставалось решить, куда отправиться раньше, к Лихареву или к Юрию на Арбат. Пожалуй, второе. Валентин вряд ли сейчас дома, день у него ненормированный, с ним лучше по телефону предварительно договориться.
«Писатель» оказался на месте, а если б и не было, дверной замок открыть - минутное дело. Подождал бы в тепле.
С Шульгиным в его подлинном обличье бывший резидент знаком не был, но, увидев гостя, сразу сообразил, в чем дело. Аура личности Антона, прожившего в теле Юрия несколько суток, мгновенно вступила в резонанс с его мозговыми структурами. Будто радиометр заработал.
Поздоровались. Антону показалось, что хозяин, пропуская его в прихожую, выглянул на лестницу со странным выражением, словно опасался увидеть там кого-то, кроме нежданного гостя. И слишком тщательно задвинул засов, накинул крючок и цепочку.
Вроде не восемнадцатый год, квартиры внаглую не грабят, а чекистам, если придут, сам откроет. А может, и не откроет…
– Странно у нас с вами получается, - с оттенком сожаления говорил он, провожая посетителя в кабинет. - Не по-товарищески. Я ведь к вашему напарнику со всей душой, вы же… Грубости, рукоприкладство, нарушение неприкосновенности материального носителя и тонких структур, Я до сих пор в себя прийти не могу, все пытаюсь разобраться, какие крючки вы во мне оставили…
– Чего хорошего? Главное, гомеостат он украл. Прочего не жалко, хоть Шар, хоть блок-универсал бесплатно бы отдал, не поморщившись, а как без гомеостата?
– Пить бросьте, физкультурой начните заниматься, вы ж на данный момент абсолютно здоровый человек, с приличным резервом иммунитета, в том числе и к несчастным случаям, - не принял жалобы Антон.