Селина с трудом справилась со стрессом после тяжелой ночи на работе. Теперь ей предстоит встретиться со старой подругой и отправиться на девичник, хотя даже мысль о том, чтобы побыть среди девушек, вызывает у нее отвращение. Встреча с Алисой лишь усиливает ее чувства одиночества и ненависти к жизни. Снова одна и без надежд на то, что жизнь может принести хоть какие-то радости....
Мне клуб понравился, а бывший владелец несильно сопротивлялся. Правда, его подзапустили, но мне удалось достаточно быстро привести его в порядок.
Я согласна кивнула головой. Все, что я видела, пока шли до кабинета, было новым, качественным, включая тренажеры, которые я заметила краем глаза в открытых дверях зала.
Даниил окинул меня внимательным взглядом, словно определяя мои параметры, затем встал и пошел к шкафам. Поискав немного на полках, достал красно — черную футболку с логотипами.
— Переоденемся здесь. В раздевалке тебе делать нечего.
— Это еще почему? А как же куча мужских накаченных тел — голых, мокрых после душа, ммм?! — я сладко улыбнулась.
На меня свирепо посмотрели и бросили в меня футболку.
— С сегодняшнего дня, Селина Арнольдовна, вам, как моей девушке, запрещено смотреть на тела мужчин, можно только на мое.
Нет, то, что он упрямый, я давно поняла, но чтоб настолькоооо!
— Только смотреть нельзя, а, значит, трогать и… — меня перебили угрожающим рыком.
— Кроха, еще писк, и твоя сладкая задница будет больше пяти дней болеть, это точно!
— А почему сладкая? Ты ж ее не пробовал, вдруг горчит?
Блин, почему я иногда сначала говорю, а потом думаю.
— И, правда?! Мы сейчас исправим это недоразумение!
Даниил угрожающе шагнул в мою сторону, на что я, громко взвизгнув, вскочила и шагнула за диван.
— Звездочка моя, куда ж ты собралась?
— Даниил, фу! Успокойся! Изыди вон!
Мужчина молниеносно вскочил на диван, одним мощным рывком поднял меня и, перекинув через спинку, бросил на диван, а сверху прижал своим телом.
— Кроха, на меня команды и заклятия, а также молитвы и серебряный крест не действуют. И я предупреждал.
Я дернулась, пытаясь скинуть с себя его тело. Ага, даже на миллиметр не сдвинулся, зато мои руки перехватил, заведя над головой.
— Кроха, лучше замри, быстрее отпущу.
— У тебя выставлен секундомер на твою борзоту?
— Господи, ты вообще когда-нибудь молчишь?
— С чего это я…
И все.
А я была в восторге.
