В свете утреннего света, Дмитрий Федорович наслаждается первым глотком благословенной чашки кофе, а затем с любовью наблюдает, как она рухнула в кремовой тарелке, распадаясь на две части. Прозрачная жидкость и таинственная темная масса — это священный дар дня для мастера, который ценит каждое мгновение своей работы....
Похоже, «Одна кровь на двоих» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Испытывая что-то близкое к блаженству после долгожданного душа, он плюхнулся рядом с ней на диван и скорее приказал, чем попросил:
— Ир, налей мне коньячку.
Она посмотрела на него странным взглядом, но встала и подошла к барному столику, на котором в ожидании рядками стояли разнокалиберные бутылки и светились хрустальной чистотой бокалы и рюмки, плеснула на одну треть в бокал его любимого коньяка, вернулась к дивану, протянула со словами:
— Я ухожу от тебя.
Она не села. Так и стояла, смотрела на него тем же странным взглядом.
— К кому? — отстраненно спросил Дмитрий.
— Ни к кому. Просто ухожу. — И заспешила с сообщениями: — Я купила себе квартиру полгода назад, неделю назад там закончили ремонт и дизайнерское оформление. Все необходимое я приобрела. Три недели назад я подала на развод.
— Где деньги взяла? — без интереса, заранее зная ответ, спросил он.
— С твоего счета. Хотела сначала все отсылать в бухгалтерию, но ты бы не пропустил такие траты.
— Не пропустил бы, — кивнул он равнодушно.
— А личный счет ты редко проверяешь.
— Значит, готовилась?
— Да.
— Ясно...
Вот ведь выкрутасы судьбы!
— Любовник есть? — откинувшись на спинку дивана и глядя Ирине прямо в глаза, поинтересовался Дима.
— Есть. Как и у тебя любовницы.
Неожиданно она села рядом с ним, перестала держать лицо, тон, спину, сгорбилась, как старушка, зажала между колен сцепленные пальцы.
— Ты знаешь, я ведь тебя любила, — произнесла грустно и проникновенно, как не разговаривала с ним никогда.
Удивительно! Она уходит, подготовила тылы, рассчитала пути отступления, подала на развод, а по-настоящему, по-человечески, искренне заговорила с ним в первый раз. Никогда не говорила. А тут...
— Не так чтобы до фоба, не есть, не спать — и все только ты, но любила. По-своему. А может, не любила, просто очень хотела заполучить... Ну, получила, и что?
— И что, Ир? — искренне заинтересовался Дмитрий.
— И ничего. Ты сам знаешь.
Они помолчали, каждый о своем. Она взяла у него из руки бокал, сделала глоток и сунула обратно в руку.
— Я молодая была, глупая. Мне казалось, главное — оторвать богатого мужика, и жизнь изменится, превратится в сплошную сказку, а там уж я разберусь, как мне управляться с этим мужиком и его деньгами.
Она снова выхватила у него бокал, глотнула и вернула почти пустую посудину.
