Маша начинает новую жизнь после развода, сбежав в дом отдыха от прошлого. Но там ее настигают старые чувства и неразрешенные конфликты. Ей предстоит разобраться в себе, понять, что на самом деле ей нужно, и найти силы для подлинного счастья, избежав старых ошибок.
Похоже, «Одна кровь на двоих» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Нет, — снова не согласилась Маша и улыбнулась ему, — цель другая: разрушать, убийство человека в данном случае вторично. И все вышеперечисленное можно применять для спасения человека: копье, нож, стрелы, пистолет, автомат, винтовка — для добывания пищи, то есть спасения от голода. Артиллерия используется для планового схода лавин, разгона облаков, бомбы — для оперативного, быстрого разрушения опасных завалов. И только меч во всей истории человечества имеет единственное предназначение и использование. Его брали в руку с одной целью — убить человека, и больше ничего.
«Нет! Никакой интрижки, никакого легкого постельного романа не будет!» — понял Дмитрий Федорович, засмотревшись на увлекшуюся разговором, разрумянившуюся Машку, чувствуя ровное гудение полыхающего внутри костра.
— А откуда вы это все знаете? — спросила девушка лет двадцати двух-трех, сидящая рядом с хозяином вечера.
Маша на хорошем ровном ходу свалилась с любимого конька, на котором сидела, с азартом погрузившись в научный предмет ее исследований. Она посмотрела на девушку, еле удержавшись от красноречивого жеста: хлопанье ладонью по щеке с последующим упором на локоть и тяжким вздохом, обозначавшим бессилие перед крепчающей тупостью, к которому иногда прибегала в общении с особо бестолковыми своими студентами.
Данная красотуля, отсалютовавшая «разумом», жест бы не оценила, пребывая в полной уверенности об исключительности своего ума и сообразительности, с помощью которых оказалась в шоколаде. Еще бы: отхватила себе богатенького папика; вот сидит рядом с ним на самом центровом месте!
«Тянет ответить: «В книжке прочитала», — с тоской подумалось Маше.
— Это часть моей работы.
— Я же говорила тебе, Игореша, что она спецназовка какая-нибудь или эмчеэсовка, — зашептала девуля, но так, что услышали все рядом сидящие.
Игореша покрылся румянцем стеснения и, видимо, произвел подстольный удар по сексапильным ногам подруги, отчего девица тихо ойкнула.
— Нет, я не спецназовка и не эмчеэсовка, — улыбнулась Машка. — Просто хорошо плаваю.
— Да-а... — подрастеряла жгучести интереса барышня. — А кем же вы тогда работаете?
«Тогда» прозвучало как недоумение: «А кем еще можно работать?», что-то этом духе."
"«М-да! Клиника!» — уныло подумала Машка, привыкшая общаться с представителями молодого поколения, получающими знания, людьми
умными, интересными, грамотными, балбесами, конечно, иногда, но по причине молодости и бесшабашности.
