— Для тех, кто еще не в курсе, — воспользовавшись паузой, негромко сказал он. — Позвольте представить вам Селину Хайд. Как мы уже обсуждали ранее, она будет решать, как нам действовать дальше.
— Она же просто человечка, — презрительно бросил один из Мару. Кажется, Олаф — старший из прибывших грозовых драконов. Он стукнул кулаком по столу и, повысив голос, добавил: — Я в жизни не позволю ей решать за меня!
— Я тоже не согласен, — поддержал сидевший рядом с Саймоном его товарищ по клану. — Что людишка может понимать в делах драконов?
— Много чего, — я упрямо подняла подбородок. — Я здесь для того, чтобы помочь вам.
— Нам не нужна помощь от человека.
— Мы сами установим очередь.
— А мы и спрашивать никого не будем.
— Послушайте! — крикнула я, стараясь привлечь к себе внимание. — Это в ваших же интересах!
Бесполезно. Упрямые ящеры продолжали гомонить.
Я бросила беспомощный взгляд на Ноа. Он же, помнится, говорил, что вопрос решенный. А получается, споры продолжаются. Некоторые драконы повскакивали с мест и кричали друг на друга, не слыша ничего вокруг.
Ледяной дракон прикрыл глаза и протяжно вздохнул, и лишь по тому, как гневно трепетали его ноздри, было понятно, в каком он раздражении.
— У нас есть два выхода, — неожиданно вступил в перепалку Саймон, и к нему прислушались. Смотрел он при этом только на меня. — Либо мы соглашаемся и даем полномочия свахе, чтобы она решала, что будет дальше, либо мы отправим Избранную домой. Потому что меньше всего я хочу, чтобы невинная девочка пострадала из-за того, что вы, взрослые разумные мужики, не смогли договориться.
Наверное, мои глаза заметно округлились. От кого, а от Саргона я таких речей точно не ждала. Высказавшись, он с достоинством сел на свое место. В зале при этом продолжала царить гробовая тишина, слышно было даже переливчатое пение птиц в саду за окном.
— Но она человек, — возразил один из Мару.
— И что? — выгнул бровь Саймон. — Это не делает ее некомпетентной. Скажите, мисс Хайд, что вы знаете о брачных обычаях драконов?
— Все, — уверенно заявила я и крепче прижала к себе прихваченную из кабинета папку. Поведение огненного дракона наводило на подозрения. Не предпримет ли он новую попытку давить на меня, когда добьется согласия драконов? Ведь явно у него какой-то свой интерес в том, чтобы именно я руководила отбором.
— Скажите, вы заинтересованы в том, чтобы снять проклятие со всего драконьего рода? — вкрадчиво продолжил он.
— Я заинтересована в том, чтобы хорошо выполнить свою работу. Никакой личной заинтересованности в судьбе драконов у меня нет.
Возможно, было бы правильнее сказать, что я очень даже заинтересована, но я предпочла ответить правду. Важнее всего — отработать гонорар, причем сделать это безупречно.