И мы замираем так, не понимая, как быть дальше. Сплошные противоречия – вот все что есть между нами.
И тут раздается громкий стук в дверь.
Денис отпускает меня, мы отскакиваем друг от друга. При этом оба выглядим так, словно совершили какое-то ужасное преступление. Возможно, так оно и есть. На какую-то долю секунды Денис был очень близок к тому, чтобы поцеловать меня.
А я, помоги мне небо, ответила бы на его поцелуй.
Оказывается, он запер кабинет. Снова краснею, меня страшит, как мы будем выглядеть перед человеком, который сейчас за дверью…
Почему-то я думаю, что это кто-то из сотрудников. Но увы, реальность оказывается гораздо более ужасной.
Это та неприятная женщина, которая обозвала однажды заказанный мною букет – веником. Мать невесты.
Она врывается в кабинет как фурия. Оглядывает меня с ног до головы и шипит яростно:
- А ну пошла вон отсюда, прошмандовка!
Краска приливает к лицу, мне никогда в жизни не было так обидно, так стыдно! И в то же время чувство вины буквально сжирает. Бросаюсь к двери, но Денис ловит меня за руку.
- Что за тон, Евдокия Ивановна? – холодно одергивает он неприятную бабу. – Что вы себе позволяете?
- Это ты, Денис, что позволяешь себе? – подбоченивается женщина. – Изменяешь дочке моей?
- На что вы намекаете?
- Да какие тут намеки! Позор! Заперся в начале рабочего дня с секретаршей в своем кабинете.
Вижу, как лицо Дениса бледнеет от гнева. А ведь баба права – он не может это не понимать. Все что произошло сейчас между нами – неправильно, некрасиво. И только эта женщина, можно сказать, удержала нас возле края пропасти…
- Я могу отчитываться перед Лизой, но вам – ничего не должен.
- Я мать невесты! Еще как должен, милок! Ох как должен! Да как тебе не стыдно еще и огрызаться… А эту… Чтоб немедленно уволил, ясно тебе?
- С чего вы решили, что можете мне приказывать? – вкрадчиво опасным голосом говорит Лавреньтьев. – Не забывайтесь.
- Я действительно виновата, но не подумайте плохого о нас, - влезаю в разговор. Мне ужасно стыдно, но понимаю, что надо спасать ситуацию. Всей душой сопереживаю Лизе. Потому что недавно совсем, можно сказать на ее месте была. Когда Костик мне с Катькой изменял. А сейчас вот сама стала причиной боли для ни в чем не повинной Лизы…
- Я с радостью уволюсь! – провозглашаю громко. Денис Константинович в курсе, он как раз меня с декретом поздравлял. Мы с моим женихом, наверное, в другой город переедем.
- Ничего подобного, Васнецова, - предупреждающе щурится Денис.
- У меня нет другого выхода!
- Евдокия Ивановна, если вы еще раз позволите себе вот таким образом вломиться ко мне и разговаривать со мной таким тоном – я прикажу чтобы вас не пускали в это здание.
- Да что я такого сделала? – идет на попятный баба.
- Отпустите пожалуйста, - умоляюще смотрю на Дениса.