Мол, где ж такое видано, ронять в воду столь дорогую вещь.
– Слушаюсь, комиссар!
– Месье, – заволновалась мадемуазель Симон, – скажите, а я получу награду?
– Какую еще награду? – изумился Папийон.
Осведомительница широко распахнула глаза, и комиссар впервые обратил внимание на то, что они у нее нежно-голубого цвета.
– Так ведь брат убитого обещал награду за сведения, которые помогут найти убийцу, – тысячу франков. И пять тысяч тому, кто задержит убийцу! Вы ведь подтвердите, если понадобится, что именно я нашла часы? Это же улика, и очень важная! Если бы не я…
Папийон вздохнул и, смирившись, подтвердил, что мадемуазель Симон может на него рассчитывать, что будет горой стоять за то, чтобы она получила вожделенную тысячу франков, и ни за что не допустит, чтобы ее обошли.
– Комиссар, – просияла женщина, увлекаемая прочь Бюсси, – вы просто ангел! Молодой человек, – строго обратилась мадемуазель Симон к молодому инспектору, – не тяните меня так за руку… Люди могут подумать, что вы собрались на мне жениться!
Бедняга Бюсси в ужасе споткнулся и едва не упал. Тут комиссар не выдержал и расхохотался.
Итак, он все-таки недооценил важность объявления, которое сделал Анатолий Ковалевский. Черта с два мадемуазель Симон притащилась бы с утра пораньше в субботу, если бы не предвкушение награды…
Полно, сказал себе полицейский, рано радоваться, ведь может оказаться и так, что часы вовсе не принадлежали графу и вообще происхождения самого законного. Тем не менее он снял трубку телефона и позвонил в особняк графа Ковалевского.
– Месье Савельев? Возможно, нам понадобится ваша помощь. Не исключено, что скоро у нас в руках окажется кое-что из пропавших вещей вашего хозяина. Поэтому прошу вас покамест никуда не отлучаться. Если что-то станет известно точнее, я пришлю за вами своего человека.
В ожидании Бюсси и Ройзена Папийон перечитал свои заметки. Балерина Корнелли… Светские знакомые графа… Адвокат Урусов… Мадам Туманова… Все эти люди, с которыми он беседовал вчера, ровным счетом ничего не могли сообщить следствию – разумеется, кроме балерины, которая заявила об алиби своего любовника.
Урусов, впрочем, довел до сведения комиссара, что незадолго до его визита к адвокату наведалась баронесса Корф.
– Дама уверяла меня, что знакома с графиней, но, по-моему, она пытается вести собственное расследование.
– А где сейчас графиня?
– В Ницце, я полагаю. Живет там постоянно, чтобы не встречаться с мужем.
Слова, слова, слова… Комиссар зевнул и углубился в размышления.