Норберт Аргантарский шумел мрачным шагом по крыльцу, как назло ясное небо лишь подчеркивало его тревогу. С каждым мигом он становился все больше и больше скучающим, пока в конце аллеи не выявляется праздничный кортеж - цветы, ленты и сияние радости. Это был последний удар по его внутреннему уюту....
Похоже, «Одна ошибка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Потом все-таки выдавила из себя жалкую улыбку:
— Миледи, поесть надо. Неизвестно, когда потом удастся…
Изабелла взглянула на нее. Надо же, даже камеристка ее жалеет. Что ж все так плохо-то?
— Да, надо бы, — проговорила она, придвигая поднос.
Еда была неплохой, разнообразной и наверное вкусной. Без нареканий. Правда, вкуса она не чувствовала.
— Садись, ты тоже поешь, — сказала Изабелла камеристке и заодно уж спросила: — Как наши? Надеюсь, их кормили завтраком?
— Наверное, миледи, — проговорила та, присаживаясь рядом.
Она уже не знала, что думать. Прав был Блант относительно того человека, за которого ей предстояло выйти замуж. Одно только непонятно, как вышло, что батюшка согласился на этот брак?
Позавтракали быстро, практически в походной обстановке.
Потому что снаружи слышался шум голосов. Гриен рвался к ней, что-то тихо говорил Блант. Изабелла с трудом сдерживала раздражение.
— Давай уже одеваться, — проговорила она.
Ей же велели не опаздывать! А свадебное платье еще надо было подготовить.
И мысль все время крутилась на грани сознания. Хорошая мысль, логичная.
— Миледи, вы бы прилегли немного, устанете, — проговорила девушка. — Вы же всю ночь почитай, не спали.
Прилечь? Нет. А вот вещи упаковать — это ей почему-то показалось заманчивым.
— Ах, оставьте, миледи, я сама…
— Угу, — рассеянно протянула Изабелла.
Управились практически одновременно. Не зря покойная матушка всегда учила, что леди должна уметь все делать лучше, чем любая служанка.
Потом она одевалась.
В белое. Изабелла считала, что у нее есть на это полное право. Что бы там не инкриминировал ей человек, за которого ей предстояло выйти замуж.
Сначала тонкое красивое белье. Ажурные белые чулки с кокетливыми бантиками. Туфельки. Перчатки. Потом платье. Оно было из плотной, чуть шелестящей ткани.
Красиво, но так и хотелось спросить себя, зачем? Кому все это надо?
В конце концов, она прикрыла глаза и отдала себя на волю камеристки. И постаралась расслабиться, пока та колдовала с ее волосами.
— Все, миледи, осталось вуаль.
— Да, спасибо, Мелисса, — вынырнула та из размышлений.
Из зеркала на Изабеллу смотрела красивая блондинка в наряде невесты.
