Норберт Аргантарский шумел мрачным шагом по крыльцу, как назло ясное небо лишь подчеркивало его тревогу. С каждым мигом он становился все больше и больше скучающим, пока в конце аллеи не выявляется праздничный кортеж - цветы, ленты и сияние радости. Это был последний удар по его внутреннему уюту....
Похоже, «Одна ошибка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Своеобразная месть за проявленное к ней неуважение. Но кто сказал, что месть сладка?
Ей было дико, просто безумно обидно. За десять лет, которые она провела в бесплодном ожидании. За те маленькие белые розы, единственный подарок «щедрого» жениха.
За чулки, черт побери, белые кружевные, которые она как дура надела!
Рядом вздохнул мастер Блант, в отличие от управляющего, он был настроен куда менее восторженно и оптимистично."
"— Куда сейчас? — тихо спросил он, настороженно озираясь на ходу.
За это время они успели дойти до дверей храма, дальше уже крыльцо. А снаружи полно стражи. Если их не остановили до сих пор, еще ничего не значит, с него станется отдать приказ, чтобы их задержали на выходе.
Ситуация может измениться в любой момент.
— Сначала в гостевое крыло, оттуда домой, — быстро проговорила она, невольно пригибая голову.
Маг кивнул и коротким жестом швырнул наземь артефакт. Сразу же замерцало опаловое марево, открывая коридор в пространстве.
Она только обернулась назад…
глава 21
Успела увидеть его глаза, горевший в них яростный огонь и… боль?
Наверное показалось.
Изабелла тряхнула головой, отгоняя видение. В следующий миг они уже были в гостевом крыле, а точнее, в ее спальне. По счастью, стражу там убрали. Оно и понятно, его величество решил, что охранять там уже некого.
Маг сразу же кинулся к дверям, которые оказались даже не закрыты, в всего лишь прикрыты, и то неплотно.
Но по счастью, ничего не пропало. Кроме ее расчески и маленького свертка с мальчишеской одеждой. Его она отложила отдельно, собиралась вернуть Бланту. Неловко вышло.
— Я возмещу вам потерю, — сказала Изабелла.
— Ничего страшного, — серьезно ответил маг.
При этом смотрел он на нее очень странно. А Изабелла вообще ни на кого не могла смотреть. Непонятное состояние… Ощущение своей правоты имело горький привкус утраты. Как будто обожглось что-то в душе, но эту боль надо было баюкать и прятать, чтобы никто не увидел. Тогда пройдет.
— Надо торопиться, — напомнила она себе.
В комнате уже собрались все ее люди.
