Женщина прячется под воротом свитера, ветер душит. Минут через пять до прибытия экспресса — время, чтобы выбраться из здания вокзала. Я выбираю место между проходной дверью и окнами, где я смогу наблюдать за поездом без видимых поводов для беспокойства. Как только вагон приближается к зданию, свет огней раскрывает темную пустыню, словно созерцая незримое чудо скорости и отчуждения....
– После твоей вчерашней находки на Глинки у меня большие сомнения в том, что сделали это тщательно.
– Часто завышенные ожидания превращаются в горькое разочарование.
– Поясни.
– Я не волшебница, – пожала я плечами и виновато улыбнулась.
– Ты профессионал, – спокойно ответил Субботкин, и мы покинули кабинет.
Квартира девушки действительно располагалась совсем рядом. Предполагаю, что пешком мы добрались бы даже быстрее, чем на авто. Субботкин любезно предложил мне свое крепкое плечо, я взяла его под руку, и мы засеменили к подъезду по заледенелому двору.
В прихожей было чисто и прохладно. Я увидела, что окно в кухне открыто на проветривание. Тело вывезли, должно быть, еще вчера. Сейчас жилище выглядело так, будто хозяйка просто ненадолго отлучилась. Картину портила только засохшая бурая лужица на кафельном полу.
Я присела и принялась внимательно ее разглядывать. Крови было не так много, вряд ли убийца попал в артерию.
– Куда пришелся удар?
– В сердце.
– И ты всерьез полагаешь, что ее не думали убивать, а просто неудачно ранили? – Я уставилась на Виктора.
Тот лишь молча пожал плечами и выдвинул из-под стола модный табурет с пластиковым прозрачным сидением. На него он в то же мгновение и опустился.
– Ты, как я погляжу, работать не собираешься?
– А я тут все видел еще вчера, – виновато ответил он.
– И, похоже, не впечатлился, – хмыкнула я.
– Говорю же, бытовуха.
– А прибрался кто?
– Неужели думаешь, кто-то из наших? – спросил Виктор.
– Нет, но считаю, что после бытовой ссоры здесь не было бы образцового порядка.
– Вероятно, убийца подчистил следы.
– Значит, располагал достаточным количеством времени, – рассудила я. – Орудие где?
– Его он забрал с собой. По крайней мере, ничего похожего мы в квартире не нашли.
– Экспертиза была? Чем он нанес удар?
– Нож, но не кухонный. Лезвие толстое, прямое, клинообразное.
– Бытовуха, говоришь? – На этот раз я не сдержалась и рассмеялась в голос. – У тебя клинков дома много?
– Пока ни одного.
– Ну значит, пасть жертвой бытовых разборок тебе не грозит.
– Я неконфликтный, – развел руками Субботкин.
Оставив Виктора в кухне, я отправилась изучать жилище девушки. Здесь было две комнаты: гостиная и спальня. Начала я с гостиной. На комоде рядом с ноутбуком стояла фотография в серебристой раме: блондинка с букетом ромашек сидела посреди поля и счастливо улыбалась в камеру.
– Как ее звали? – крикнула я.
– Алиса, – услышала я голос Субботкина из кухни. – Воронцова Алиса Владимировна.
