– Убеди моего отца и совет директоров прекратить продажу самого прибыльного лекарства. Того, что оплачивает их яхты, поездки на Мальдивы и обучение детей в Эксетере.
Он вздохнул и отвернулся к окну. В лучах послеполуденного солнца его светлые волосы отливали золотом. В дорогом костюме, окруженный ореолом света, он казался полубогом, как я и сказал Дарлин.
– Я должен поговорить с папой, – произнес Сайлас. – Предупредить его. Вряд ли ему доложили, что «Марш Фарма» стоит на бомбе замедленного действия. Нас рано или поздно завалят судебными исками, это лишь вопрос времени.
– Тебя беспокоят финансовые последствия для компании? – тихо спросил я.
– Как будущего генерального директора? Да, черт возьми. Мы потеряем сотни миллионов, если не больше. В любом случае, я должен убедить отца и совет директоров, что нужно действовать. Если я буду рассказывать, что «мы разрушаем жизни», они даже слушать не станут. Так что нужно давить на финансовую сторону.
Сайласа Марша, богатого, избалованного юношу из старого рода, волновала не прибыль компании. Лишь то, что семейная фирма причиняла вред людям. И от этого в груди разлилось тепло. Должно быть, он прочел все по моему виду, потому что лицо его исказилось от гнева, под которым проступала боль.
– Поражен? Что меня беспокоит что-то еще помимо денег?
– Нет, Сайлас, – произнес я. – Не поражен. Просто, зная все это, удивительно, что ты до сих пор хочешь стать генеральным директором.
Казалось, весь запал борьбы покинул его. Сайлас показался мне чертовски усталым. Длинные пальцы смахнули со стола рис.
– Да. Ну, я не хочу, чтобы компания разорилась. Мы выпускаем и другие лекарства, которые на самом деле помогают людям. Просто лабораториям нужно что-то придумать. ОксиПро не должен вызывать привыкания. И необходимо больше информации. Я толком ничего не знаю. – Расстроенный, он провел рукой по волосам. – Тем временем, нужно прекратить торговлю, но не сообщать о допущенных просчетах. И я должен помочь этим людям.
Он махнул рукой в сторону бумаг, и я почувствовал, как тяжесть содеянного семейной фирмой легла ему на плечи, а ужас проник прямо в душу. Нужно сделать хоть что-то, пусть самую малость. Что угодно, лишь бы помочь.
– Вот доктор, – проговорил я, указав на лист бумаги. – Тот, что первым обратил внимание на количество зависимых пациентов. Он работает в передвижном кабинете. Возможно, есть способ помочь ему?
Сайлас выпрямился.
– Я мог бы поддержать его деньгами. Скажем… пять миллионов?
Я закашлялся.
– Вау. Ладно…
– Не хватит? Десять?
– Ты можешь вот так отдать десять миллионов долларов? – Я махнул рукой. – Не отвечай. На самом деле вопрос в том, как передать ему столько денег, не разглашая, откуда они взялись?
– Это не проблема.