Вирджиния, продолжая кричать, резко развернулась и, зажмурив глаза, закрыла лицо руками. И тут же уперлась во что-то твердое. Это «что-то» тихо засмеялось. Вирджинии захотелось завизжать еще сильнее, казалось, что в ее волосах килограмм паутины; руками она стала машинально отряхивать волосы, но руки Саида развернули ее обратно и прижали к себе.
Она замолчала, видя перед собой это ужасное чудовище, но теперь ей было не так страшно: спиной она чувствовала поддержку мужчины. Его руки сжимали ее крепко, а спокойный голос возле уха заставил затаить дыхание:
– Он тебя не слышит, ты можешь не кричать.
– Крик – это рефлекс. Услышит кто-нибудь другой…
– Я старалась делать это потише…
– У тебя плохо получилось.
Вирджиния почувствовала себя в ловушке: впереди – мерзкое мохнатое чудовище, позади – Саид. Рука Саида тут же ослабла, и он выпустил ее.
– Пролезем через паутину, я говорил тебе: надо пройти через трудности.
Лезть под паутиной ей еще не приходилось, это было необычно, но забавно. Почти ползком по земле. Белое платье… уже почти черное от грязи. Теперь она понимала Иман, которая носила серые вещи.
Саид пролез первым и ждал Вирджинию с другой стороны. Она полезла следом, но, представив картину, которую он наблюдает, засмеялась прямо под паутиной. Паук дернулся, Саид сделал шаг вперед. Это позабавило еще больше, и Вирджиния от смеха легла на землю.
– Я выгляжу глупо, – сквозь смех произнесла она.
– Это я выгляжу глупо. Ты идешь, или мне тебе помочь? – Саид нагнулся к ней. – Выбирай, или тебе поможет паук. Кстати, ты слышала что-нибудь о черной вдове?
Смех оборвался, а сил прибавилось, она руками помогала себе выбраться, уже забыв про белое платье. Шаль слетела, но некогда было ее поднимать. Если Саид забыл, что он мусульманин, и так часто и спокойно касается чужой женщины, то пусть любуется на ее обнаженные плечи и глубокий вырез. Крестик на цепочке тут же выпал наружу, но времени вернуть его на место не было.
Вирджиния вылезла и встала на ноги перед Саидом. Да, выглядит она наверняка ужасно: лямка спустилась с плеча, обнажая его, в волосах застряли листья и ветки, лицо грязное. Зато сейчас она увидит озеро.
– Я надеюсь, это самое красивое озеро, которое я когда-либо видела.
– Я не знаю, какие озера ты видела, – произнес Саид. Ему так хотелось подойти ближе и вытащить из волос этой девушки весь мусор, что он даже прокашлялся, пытаясь заставить себя думать о чем-нибудь другом. Опустил взгляд на ее грудь… Зачем он туда посмотрел? Крестик поблескивал в лучах солнца – оно еще светило сквозь зеленые листья. Блестели бриллианты. Но он не замечал их, глаза отмечали другое: какая у Вирджинии красивая фигура.