Не «Война и мир».
— Это моя работа. Ты должна это понимать.
— Мой отец снимал фильмы, но он находил время для близких.
— Дженюари, ради бога, пойди куда-нибудь и развлекись. Купи что-нибудь из одежды в магазине при отеле. Попроси прислать счет в коттедж.
— Мне не нужны новые наряды. Том, еще только одиннадцать часов… Мне одиноко… я чувствую себя брошенной… скажи, что мне делать.
— Я разрешаю тебе делать все что угодно, только оставь меня в покое.
— Я возвращаюсь в Нью-Йорк, — тихо промолвила она.
Том повернулся, его лицо стало жестким.
— Зачем? Чтобы упасть перед ним на колени?
— Нет… чтобы спасти то, что есть у нас. Я вернусь в редакцию. Смогу хотя бы гулять по Нью-Йорку… говорить со слепым стариком, торгующим карандашами… ходить в парк, рискуя стать жертвой грабителя, — все что угодно. Но тогда я оставлю тебя в покое! Он схватил ее за плечи.
— Я не хотел так сказать. Пожалуйста, детка. Ты мне нужна. Я хочу, чтобы ты оставалась здесь. Слушай, ты раньше не жила с писателем. У нас прекрасные отношения. Я никогда не был так счастлив. Никогда мне не писалось так хорошо. Если ты бросишь меня, я буду чувствовать, что не оправдал твоих надежд. Не поступай так со мной сейчас… когда конец близок. Слушай, скоро я завершу эту работу. И мы извлекли урок. Мы не сможем жить в Лос-Анджелесе, когда я сяду за новую книгу. Теперь мы знаем, что нам подходит, а что нет. Но главный вывод заключается в том, что мы должны быть вместе. Верно?
— Не знаю, Том. Правда, не знаю. Мне одиноко. Он отвернулся от девушки.
— Понимаю. Это Майк, верно?"
"— Том, я бы обманула тебя, сказав, что не думаю о нем… хотя бы подсознательно. Я… любила его… и люблю сейчас. Любила всю жизнь. Я бы хотела, чтобы того вечера не было. Но я приняла решение. Осталась с тобой… и потеряла его.
— Почему ты считаешь, что потеряла его?
— Том, если бы я завтра улетела в Нью-Йорк, я бы потеряла тебя?
— Да, — тихо произнес он. — Потому что я бы знал, почему ты покидаешь меня.
— Ты не думаешь, что Майк тоже понял, почему я осталась?
Он медленно кивнул.
— Наверно, я эгоист. Слушай, дай мне закончить этот набросок. Я отдам его на студию, мы сядем в машину и на десять дней уедем в Сан-Франциско. У меня там масса друзей. Они тебе понравятся. Мы устроим себе праздник. И я обещаю — отныне я буду работать только четыре часа в день.
— Тогда я подожду, и в два часа мы сможем пойти поплавать. Сейчас только одиннадцать.
— Мне не хочется плавать. Но ты иди. Возможно, я присоединюсь к тебе позже.
Он пришел к бассейну. И весь следующий день до восьми вечера провел за пишущей машинкой.
В субботу снова пошел дождь. Утром Том уехал в Малибу к сыну. Он обещал вернуться к пяти и повести Дженюари куда-нибудь обедать. Может быть, они сходят в кино. Том позвонил в девять вечера.