Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
– Я не могу! Я не знаю, чем там кормят… Как готовили… Я должен знать, я должен видеть…
– Сходи в хороший, дорогой ресторан, где априори тебя не накормят дрянью! – взорвалась Вероника.
– Не могу!
– Почему?
– Потому что повар, может быть, в носу ковырялся… А потом этими пальцами мясо хватал! Я должен сам… все сам!
– Тарас, это паранойя.
– Я знаю. Так ты мне не ответила…
– Что?
– Было или нет?
Темно-серые, свинцовые, страшные глаза смотрели сейчас на Веронику…
Она бросила Тарасу полотенце в лицо и выбежала из кухни.
– Ника! – Тарас рванул за ней, схватил за руку.
– Я боюсь тебя. Пусти!
– Ника, девочка моя… Самая-самая! – В голосе Тараса смешались тоска и ненависть. Так волки воют в лесу – на луну. – Неужели тебе меня не жалко?
– Жалко.
– Я?! Я твоего Клима как раз пожалел… Я не убивал его. Я просто разыграл его… Мы все были тогда детьми – неразумными, глупыми…
– Тогда – да. А потом? Потом почему молчал? Розыгрыш не может длиться столько лет! Ты сказал Климу, что его мать умерла… Зачем?
– Затем, чтобы он уже не возвращался. Я видел… Я знал, как ты любила его. Он должен был исчезнуть – навсегда!
– Так жестоко, так жестоко ты с ним поступил… С ним и с его несчастной матерью! Со мной! И Свиркин тоже хорош… Вы ведь с ним в сговоре были, да?
– Плевать на Свиркина… И почему он только не сдох! – отмахнулся Тарас.
– Кто? Свиркин? Почему это Свиркин должен был сдохнуть? – Вероника замерла. Насторожилась.
Тарас отпустил ее, сделал шаг назад.
Вот он, момент истины. Проговорился…
– Слушай… Я, кажется, догадалась! – шепотом произнесла Вероника. – Что тогда на самом деле произошло…
– Что? Ну что? О чем ты догадалась?.. – тоже шепотом спросил Тарас.
– Слушай. Я думала, что знаю тот день досконально, в подробностях… А на самом деле было так. Первое – ты попросил Вовку Воскобойникова украсть у Максимыча яд кураре…
– Да не было никакого яда! Ты подумай – стал бы учитель хранить яд в школьной лаборатории?
– Нет. Но мы были тогда молодыми, глупыми. Детьми. Это сейчас мы знаем, что возможно, что невозможно. А тогда… Тогда ты вполне мог поверить в то, что в школьной лаборатории хранится яд.
