Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
Рядом, ровно в серединке, ангелоподобная, сливочно-карамельная Лилька щурится, морщит носик, на светлых ресницах дрожит слезинка.
– Ну скорее уже фотографируйте! – недовольно пищит Лиля. – Невозможно против солнца стоять…
За малипуськой Лилей – Тарас. Если повернуть голову налево, то можно увидеть его.
Но Нике Одинцовой смертельно хочется повернуть голову направо. Дрожит сердце, какое-то безумное возбуждение, радостно-тревожное беспокойство, тоска… Откуда тоска, зачем? Все хорошо же… Еще целый июнь впереди, экзамены, она будет видеть его во время экзаменов!"
"Клим Иноземцев – высокий.
Клим – корь, ветрянка, коклюш. Детская болезнь, которой надо переболеть и забыть о ней раз и навсегда.
Вероника медленно, осторожно поворачивает голову направо. «Ты здесь…»
– Внимание, все смотрим на меня! – пронзительным козлиным голосом кричит приглашенный фотограф.
– Не расходимся, идем в класс, там будем фотографироваться по одному, для альбома! – командует Андрей Максимович.
Мухин басом начинает петь какую-то старую песню о последнем звонке. Кеша Свиркин ему подпевает…
Веронику терзает ужас. А что, если фотограф прямо так и запечатлел, как она пялится на Иноземцева?!! Вот позор…
Все расходятся. Школьный двор – пустой, залитый солнцем, с вытоптанным до пыли газоном…
Клим и она.
Он подходит. Его лица не видно – мешает солнце.
Клим протягивает ей руки. Она шагает ему навстречу, тоже распахнув объятия, и…
(Здесь надо заметить, что Клим Иноземцев не так уж редко снился Веронике. Раз в год, раз в два года… Но никогда сны с его участием не были эротичным шоу. Только ощущение счастья. То тревожное, радостно-счастливое беспокойство, которое почему-то связано с детством, юностью, но никак не со взрослой жизнью.
Итак, они протягивают друг другу руки, и…
Но тут Вероника проснулась.
Она обнаружила, что сидит на кровати, вытянув вперед руки. Сумасшедше колотилось сердце, дыхания не хватало.
Досада охватила Веронику: ведь еще через мгновение она бы обняла Клима – и ощущение счастья стало бы окончательным, законченным, полным. «Господи, что это было?..»
Она машинально провела ладонью по лицу и обнаружила, что оно залито слезами.
