Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
Поедем куда-нибудь! Красивое место, природа…
Муж уехал."
"Вероника быстро собралась (черное платье, черные тени, бант, шпильки – «Иду на свидание. С Климом!») и тоже выскочила из дома. «Я сошла с ума! Господи, я по-настоящему безумна…» Но ей надо было проверить свою догадку.
Поймала такси.
– Переведеновское кладбище.
Яркий, жаркий летний день. Тополиный пух. Почему-то много людей – медленно ходят по дорожкам, переговариваются, читают надписи на мраморных обелисках.
Склеп Черного Канцлера.
На скамейке – целующаяся парочка.
Так и есть.
Вот почему стучали вчера каблучки… Везде земля, асфальт только на центральных аллеях, а каблучки рядом со склепом стучали звонко, звонко… Под слоем песка, сбоку – железный люк. Вероника села на корточки, ладошкой смахнула с люка песок – обнажилась неровная, слегка проржавевшая поверхность.
Как там Маргарита Сергеевна сказала? «Открыли двери – пусто». Открыли двери склепа, а он пустой.
Черный Канцлер спал вечным сном в подземелье, под склепом – чтобы никто не добрался, никто не потревожил. И Клима тоже отнесли вниз… Он там, под железной крышкой. Уже двадцать лет лежит там. Детская игра под названием «холодно-горячо»… Ух, горячо!
– Девушка, потеряли чего?
Вероника вскочила на ноги. Напротив стоял вчерашний работяга в синей спецовке, за его спиной маячил трактор с большим ковшом.
«Да, потеряла… Я потеряла сон и покой! Будь они неладны, эти „Однокашники.
– Вы здесь работаете?
– Да-а… – заинтересованно протянул работяга. – А что?
– Я расследую одно дело…
– Вы следователь? – Работяга растянул рот в ухмылке, обнажив железные зубы.
– Нет. Но я должна проверить одну догадку… – Вероника пристально взглянула в глаза работяги и добавила непререкаемо: – Разумеется, небесплатно.
– Слушаю, слушаю… – Глаза работяги заволокло мечтательной дымкой. Он еще ничего не обещал, но явно был готов рассмотреть любые предложения.
– Двадцать лет назад пропал один человек. В последний раз его видели именно на этом месте. Его искали, с милицией, но… Я думаю, его плохо искали.
– И чего?
– Я хочу спуститься вниз, – Вероника постучала каблучком в железную дверь у себя под ногами. – Хочу проверить, кто там лежит.
Работяга захлопал глазами. Не то чтобы он сильно удивился – работая здесь, наверное, привык ко всему. Но он озадачился…
– Здесь немец один лежит. При царе еще усоп.
