В непостижимо пыльном подъезде жилы кровью потекают, и не только от старости деревянных перегородок. Совсем рядом – дом, где стены слышат все секретные разговоры соседей, а шторы на окнах так же выцветают, как те фотографии с туманной улыбкой. Здесь время скрылось в дряхлой люстре и застывших пазухах старых полотен.
И нежно прошептал:
— Впрочем, плевать на врачей. Подождут. Хочу сказать тебе… Я так рад, Надька!.. Ты просто не представляешь, до чего я рад!
А она еле удержалась, чтобы не ответить: я готова, мол, сто двадцать пять таких взрывов пережить. Только бы потом такие слова слышать…
С минуту они просто постояли обнявшись. После, прямо в крошечном туалете, поцеловались. А потом Надя вдруг почувствовала, что коленки задрожали, перед глазами снова все поплыло… И она жалобно попросила:
— Дим! Что-то мне опять нехорошо…
— Ну я баран! — расстроился он. — Держу тебя на ногах…
И, будто пушинку, подхватил ее на руки. Отнес в палату. Бережно перегрузил в постель.
Надя с облегчением откинулась на подушку. Минут пять полежала с закрытыми глазами — Дима все это время нежно гладил ее по руке.
Лежать бы так и лежать… Но только неизвестность уже достала ее. И Надя потребовала:
— Дим! Ты мне все-таки объясни. Что еще за утечка? Почему — взрыв? Что со мной, только честно, случилось?
Полуянов сразу посерьезнел — даже ее руку отпустил. И, вздохнув, произнес:
— Врачи велели тебя не нервировать.
— Чушь, — отрезала она. — Гораздо хуже, когда ничего не знаешь.
— Я не спорю. — Он внимательно взглянул ей в глаза. — А ты истерику не закатишь? В обморок падать не станешь?
Надя через силу улыбнулась:
— По-моему, я свою норму по обморокам уже выполнила.
— Хорошо, ловлю на слове. Тебя пытались убить.
— Что-о?!
— Никакой утечки газа в доме не было. Газовую трубу в нашей квартире перепилили. Очень аккуратно. В незаметном месте — там, где она плитой скрыта.
— Да ладно… — не поверила она.
— Ты, когда дверь отпирала, ничего не заметила? Может, не заперто было? Или замок заедал?
— Нет, я б тогда не пошла… Испугалась бы… Вроде открылась дверь как обычно, — ошарашенно пробормотала Надежда.
— Странно. А ведь мы, когда потом дверь осматривали — ясное дело, вместе с ментами, — небрежно уточнил Дима, — обратили внимание, что замок вскрывали. Причем довольно грубо. И я, когда своими ключами отпереть его пробовал, еле справился — так он заедал. А ты, значит, ничего не заметила… Очень странно.
Надя задумалась. Медленно произнесла:
— Ну я, во-первых, с самого утра не в духе была… Сам знаешь, когда настроение на нуле, ни на что внимания не обращаешь… А во-вторых, я из-за маляра разозлилась… Прямо под нашей дверью вонь развел!
— Так-так, с этого места поподробней, — оживился Полуянов.
