«Да чего ж я, такой дикий?» — поразился Кирилл.
— Разумеется, не в форме. Сколько вам нужно времени, чтобы подготовиться?
— Минут двадцать можно? — осторожно спросила Надя.
«Можно Машку за ляжку, — хмыкнул про себя Новиков, — а в армии — разрешите!» Но только кивнул, и красавиц точно ветром сдуло.
Оставшись один, Кирилл глубоко задумался. Берию он изучил уже вполне достаточно, чтобы понимать: Лаврентий Павлович никогда ничего не делает просто так, без потаенного смысла. Так зачем рядом с ним появились эти красотки? Просто для того, чтобы он, Новиков, не рехнулся в исключительно мужской компании? Хорошая причина, но вряд ли только эта…
Подсунуть в постель стукачку? «There are no secrets in the bed»[47]? Разумеется, но зачем? Смысл? Просто попытка держать все и вся под контролем? Слабовато для версии. А вот если подвести ему подругу жизни, чтобы раз и навсегда привязать, прикрепить к этому месту и к этому миру? Правда, задачка не наркомовского масштаба.
— Товарищ майор государственной безопасности! Мы готовы.
Кирилл поднял взгляд… О, да! Они были готовы! Сияя улыбками, перед ним стояли две мужские погибели, мощностью в сто мегатонн каждая! Распахнутые котиковые шубки демонстрировали идеально пошитые по фигурам дорогие шелковые платья, ножки в плотных шелковых чулках сверкали лаковыми туфельками, маленькие шапочки совсем не скрывали пышных волос. И хотя косметики был абсолютный минимум, Новиков понимал, что красотой и свежестью эти сержантки могут дать сто очков вперед любой «миске» из его прошлого-будущего. Его восхищенный взгляд был истолкован верно. Задорно встряхнув светлой копной, Вера спросила:
— Как, товарищ майор госбезопасности: не стыдно вам будет с нами в ресторан сходить?
Новиков смущенно потер нос:
— Да вот думаю, вам-то со мной не стыдно будет? — Он огладил руками пиджак. — Костюмчик у меня, правда, «в загранице» пошит, но как-то…
— А мужчина и не должен затмевать своих спутниц, — лукаво стрельнула глазами Надя. — Иначе что же спутницам за интерес, если все только на их мужчину пялиться станут?
И через полчаса они уже входили в зал «Праги»[48].
— Извините, — подошедший к столику, за которым сидели Кирилл и девушки, мужчина говорил по-русски чисто, но с первого же слова чувствовалось, что этот язык ему — не родной. — Я желал бы пригласить одну из ваших совершенно очаровательных спутниц на танец. Хотя бы один вальс. Если вы, разумеется, будете не против.
Велеречивость обращения говорила, что к ним подошел иностранный дипломат. Новиков пригляделся к характерной мимике и, несмотря на неяркий свет в зале, пришел к твердой уверенности, что тот — англоязычный. Подошедший был среднего возраста, высок, хорошо сложен и очень напоминал киношного Джеймса Бонда в исполнении Роджера Мура.