В хмурой дремучей тайге отряд спецназа ожидает приказ о новом задании. Усталый офицер Калинин пробуждается от несчастного сна, а мрачные часы подтверждают: ему предстоит пережить еще один непростой день вдали от родной земли.
Он включил станцию:
– Мещера на связи!"
"– Приняли трупы и часть заложников!
– С чем я всех вас и поздравляю! Повторяю, надо срочно готовить и проводить штурм!
– Ну что ты галдишь одно и то же! Абдель выходил на связь и потребовал, чтобы к нему прибыл Кучеров! Я поставил условие: губернатор пойдет на встречу при условии освобождения как минимум половины заложников!
– Извини, Александр Иванович, ничего глупее вы не придумали?
– Ты не в себе, Коля?
Николай через силу усмехнулся:
– Я-то в себе, а вот вы, похоже, нюх потеряли окончательно.
– Да!
– Я могу с ним поговорить?
– Конечно. Он рядом со мной.
В динамике раздался мрачный, но спокойный голос генерал-лейтенанта:
– Слушаю тебя, майор!
– Вы понимаете, для чего вас требует Абдель?
– Понимаю. Чтобы убить. Но разве жизни трех сотен человек не оправдывают мою смерть?
– А что будет с другими тремя сотнями? Ладно, допустим, что ради удовольствия лично содрать с вас шкуру Абдель и отпустит половину заложников, но что потом? Кого он запросит следующим? Президента страны? И тому тоже следует сыграть в благородство и пойти под нож какого-то безумного урода?
Кучеров объяснил:
– Потом в переговоры вступят представители Москвы.
– Пару вертолетов, оружие, сотню миллионов долларов и коридор в Афганистан или Ирак? Да еще с десяток женщин для прикрытия отхода, которых потом разделают скопом, как несчастную семью на сцене клуба?
– Но если я не явлюсь в клуб, то Джабар продолжит расстрел людей.
Николай согласился:
– Правильно. Поэтому я и настаиваю на штурме!
Губернатор вздохнул:
– Москва запретила проведение силовой акции, пока не будут исчерпаны все возможности договориться с бандитами.
– А ваш контакт с Джабаром начальство в Москве санкционировало?
– Да!
– Да? А не пошло бы оно на хер! Послушайте меня, никакого процесса переговоров не будет.
