И когда пакистанские мальчишки, да и девчонки тоже, дергали мои волосы и тыкали в глаза, кричали или кидали камнями, я реагировала проще, словно это не со мной происходит.
– Почему эти придурки обижали тебя? – нахмурился Джейсон. – Ты же выросла там и родилась.
– Да. Родилась. Но ты знаешь, какая обстановка в последнее время на востоке. Я могла прожить там до старости, но не стала бы своей. И никогда бы мы не поняли друг друга. Дело не в религии. У нас разное сознание, взгляды на мир. Это заложено генетически.
– Я вообще не понимаю, зачем твоих родственников понесло туда, – Джейсон щелкнул пальцами официанту, сделав жест рукой, который его спутнице ни о чем не сказал, а вот официант понял. И принес пачку сигарет и зажигалку.
– Ты куришь? – удивленно спросила Лекси, когда Джейсон взял сигарету и прикурил.
– Я много чего делаю, детка. Но держу себя в рамках. Сегодня можно расслабиться. Так, как ты оказалась в Пакистане?
– Я там родилась. Тебе действительно интересно?
– Зачем бы я спрашивал? Я похож на парня, который ведет вежливые беседы на свидании с девушкой?
– А мы на свидании? – усмехнулась Лекси.
– Я – да, а ты не знаю. – Рассмеялся.
– Мой дед выучился на врача в Румынии. Опыта не было. В местные больницы особо не звали. Предложили вакансию в Пакистане. Какие-то старые знакомые родственников предложили. Вот он туда и рванул. Вместе с молодой женой. И остался. Детей родили, обустроились.
– Детей? У тебя есть дяди и тети?
– Да. Тетя Ана. Она там осталась. Вышла замуж за Ахмеда. А папа не захотел жениться на местной, по объявлению познакомился с мамой, ее семья тоже переехала из Румынии. Я думаю, что они очень любят друг друга. Странно, что по объявлению, оказывается, можно найти свою судьбу.
– Ясно. Тебя бы тоже выдали за какого-нибудь Ахмеда. – Выпуская облако дыма, Джейсон стряхнул пепел и опрокинул в себя рюмку текилы. А потом еще и глоток вина из бокала. – Наверно, уже родила бы троих детишек, как минимум, растолстела и ублажала своего Ахмеда, когда ему приспичит.
– Тебя это заводит, да?
– Меня от этого тошнит, – тяжелый взгляд прямо в сердце. Только он умеет так смотреть, словно стреляя на поражение. Тушит сигарету в пепельнице. Снова пьет. Текила, вино. И в обратном порядке. Псих.
– Хочешь напиться? – спокойно спрашивает Лекси, наблюдая за его действиями.
– Не дождешься. Ты летишь со мной в Барселону послезавтра. Я говорил?
– Нет. – Она удивленно смотрит на него. – Зачем? Что я там буду делать?
– Спать со мной.