Главное условие боя наступившей весной: взять город Харьков и оставить за собой его контроль. В середине февраля под командованием майора Толубеева началась смертельная драка за улицы и здания столицы. Медики отмечали необычный бой: казалось, что раненые, воспринимая жизнь как последнюю возможность, вновь обретали силы, чтобы выжить....
И упорно пыталась объяснить стенографистке каждое свое слово, потому что и ее слова тоже служили будущей победе. В конце концов через неделю ее отчет был готов, и стенографистка пообещала передать его полковнику Кристиансу.
И вот наступило наконец счастливое время, когда ей разрешили быть рядом с Вольёдей, читать ему газеты, книги, разговаривать, но пока еще так, как разговаривают с малыми детьми: только отвечала на его вопросы…
По-видимому, врачи, следившие за Вольёдей, давали Кристиансу ежедневные сводки о его здоровье, потому что в тот день, когда Вольёдя впервые сел на постели, утонув в подушках, приехал и полковник Кристианс.
Он зашел только на минуту, был хмур и озабочен чем-то, но о Витой и Толубеевым поздоровался радостно, справился о здоровье и тут же спросил:
— Можете ли вы завтра принять товарищей, которые дали вам «добро» на поездку?
— Да, — ответил Вольёдя.
И Вита поняла, что все эти неведомые ей люди ожидали улучшения его состояния с такой же тревогой и нетерпением, как и она сама.
Утром на следующий день Вита помогла мужу переменить сорочку, сестра Лидия, безотлучно находившаяся в их доме, побрила его, убрала комнату и поставила несколько стульев и столик.
— Их будет так много? — испугалась Вита за мужа.
— Нет, только пятеро. Маленькое совещание.
— Но Вольёдя не выдержит!
— Он будет только слушать.
— А я?
— Надо спросить у полковника Кристианса."
"Кристианс приехал первым и привез с собой стенографистку. К Вите он обратился сам:
— Я хотел бы, чтобы вы приняли участие в нашей беседе…
Вскоре появился заместитель наркома и с ним еще три человека.
Вита прошла к мужу. Толубеев чувствовал себя хорошо и с нетерпением ожидал посетителей.
Она пригласила гостей.
Гости здоровались с Толубеевым почтительно, и это очень понравилось Вите. Все-таки она несколько побаивалась этого торжественного визита.
Когда все расселись и стенографистка разложила свои карандаши и тетрадки, полковник Кристианс произнес:
— Наше совещание не является официальным.
— Подполковника? — удивился Толубеев.
— Позвольте мне первым поздравить вас с внеочередным присвоением звания и орденом Ленина, которым вы награждены за выполнение особого правительственного задания. Вита Арвидовна Толубеева награждена за беззаветную помощь вам в выполнении этого задания орденом Красного Знамени…
Вита вспыхнула от удовольствия.
