В темном зале кишащих теней и угрожающих взглядов, Наама смеется неуловимым смехом, как будто знает что-то, что остальным оставили в прошлом. Здесь, где каждый шаг нарушает невидимые законы, щёлкнув пальцами, она разгоняет угрожающую тьму и создает простор для собственного фантаазиального воплощения....
Мой мужчина!
Кай
Чуть позже в купальне, сидя в горячей воде, я размышлял о том, что сказать Арвене. А сказать ей нужно было многое. Например, попросить прощение за то, как вел себя, за то, как пренебрежительно относился к ее сущности, за то… как обошелся с ней в зимнем саду… в беседке…
От нахлынувших воспоминаний стало невмоготу и я, наспех обтеревшись, натянул чистые вещи и вышел на балкон.
Ночной воздух был свеж и ароматен. Цикады пели свои песни, а светлячки освещали цветущий сад. Раньше меня расслабляло это очарование, но не сейчас.
Уснуть так и не удалось. Я ворочался с одного бока на другой, в итоге принял решение выйти прогуляться, а заодно проверить территорию.
Неспешно шел, не издавая ни единого звука. Старался не приближаться к свету фонарей, чтобы не выдать своего присутствия.
Мысли утекали к моей ведьме. Я готовился к нашему с ней разговору и эмоционально настраивался на то, что услышу издевательства в ответ.
Пораженный столь существенными изменениями в себе, я прижался спиной к шершавому стволу дерева. Смотрел вдаль, на горизонт, на котором уже забрезжил рассвет.
«Вот и новый день», – подумалось мне, но тут слух уловил странные звуки откуда-то сверху.
Мгновенно собравшись, вскинул голову, наблюдая, как по дереву вниз спускается что-то маленькое и черное…
– Наама? – удивился я, выглядывая из-за ствола.
– Кай! – как-то взволнованно пискнула кошка, испуганно вытаращив свои апельсиновые глаза. – А я тут… это… – занервничала она, останавливаясь на одном месте и не спеша спускаться ко мне.
Мне хватило всего мгновения, чтобы выплыть из своих розовых мечтаний и быстро оценить обстановку, как и понять, под чьим именно балконом я остановился.
– Дай угадаю, – запустив кисти рук в карманы брюк, я нахально улыбнулся.
– Ну-у-у…
– Хотя нет! Погоди! – продолжал издеваться я. – Не то! Наверное, ты охотилась на какую-нибудь мошку, да?
– Чего сразу мошку, – обиженно засопела кошка, – я и крупную дичь поймать могу.
– Ага, можешь, – согласился я. – Как я понял, ты многое можешь, – поднял глаза выше, наблюдая балкон покоев Кирана, откуда Наама, точнее его рассветная нимфа, сиганула, спускаясь по дереву на землю.
