Древний огненный мост купал городок в свете дневного светила, а вокруг его заброшенных фруктовых садов плавали запахи старых трав и полевых цветов. Напитанная пылью из под сапог курсантских ног и мужского матом — знакомой стихии войны. Диверсионная школа абвера была скрыта в тени этих растений, дышала ими и жила своей страшной жизнью......
Поехали, поехали!
Буторин трясся в кабине рядом с Васьковым и смотрел вокруг. А ведь это не первый раз. Это продолжается уже второй год. Фронт приближался, налеты участились. Немцы рвались к мосту, к заводам. И не фронтовой город, а вот ведь сколько людей гибнет. Теперь еще и парашютисты…
Маринин явно пытался смягчить ситуацию или не знал общих сводок по Поволжью. Платов приводил цифры пострашнее: за последние три месяца в Поволжье от Сталинграда до Куйбышева было выброшено до полусотни диверсионных групп разного состава.
– Михаил Юрьевич, помилуйте, как же это можно? – Начальник цеха Храмов схватился за голову. – Металл должен остыть. И потом, движение кран-балки ограниченно, он не может двигаться быстрее.
"– Нормы безопасности? – Сосновский холодно посмотрел на Храмова. – Вы на фронте солдатам скажите про нормы безопасности. Особенно когда им на головы пикируют вражеские самолеты, а своих не хватает. Мы будем спорить с вами? Или будем думать, как увеличить объемы выпуска продукции завода?
Через цех к спорящим спешил заместитель главного инженера завода Трунев.
– Что тут происходит? – спросил Трунев, глядя то на начальника цеха, то на «представителя Главка».
Этот Сосновский уже столько крови попортил всем, что деваться некуда. Уже и директору завода пытались жаловаться, и главному инженеру, но те только отмахивались. «Представитель Главка» приехал контролировать применение новых технологий. А то, что он требует, на то имеет полное право.
– Игорь Иванович, да скажите же вы, что не я решаю вопросы со сроками, с ускорением технологических процессов. Я только начальник цеха, я делаю то, что мне велят, и в тех рамках…
– Будет, будет вам! – похлопал начальника цеха по плечу Трунев. – Идите, работайте, а вы, товарищ Сосновский, давайте зайдем ко мне в кабинет.
