Две недели спустя, поместье Белозеровых вспыхнуло адским пламенем. Графиня Кристина Альбертовна и ее подруги прячутся от разрушений и убийств, которые началось после сообщения о пропаже царевича Александра. В гуще пожарищ и крови девушки обрели новый силу, готовые защищать поместье и своих близких в непредсказуемой войне....
Да уж, если на территории «лесного салона» в самом деле одни лишь девчульки-балерины, то мадам Помпадур нужно бы вручить награду «за лучшую организацию безопасности детей во время внеклассных занятий».
Продвигаясь вперёд, мы «разбрасывали камни», призывая моих призраков. Я мысленно связался с ними, попросив глушить связь не сразу, а позже. Когда начнётся операция.
Сам же по рации связался с Лизой.
— Золотце, пока наличие врагов на объекте не подтвердил, но охрана тут практически как в королевском дворце. Донеси эту мысль до Александра и Эммануэля, пусть поторапливаются.
— Хорошо, Максим, передам. И… ну ты понял.
— Понял, конечно же. Ты хотела сказать мне: «Максим, об одном лишь прошу… пожалуйста, будь осторожен!»
— Пф! — сквозь смех выдала она. — Ещё чего!
А затем посерьёзнела и добавила:"
"— Я хотела сказать: «Постарайся, пожалуйста, не напугать детей».
— Хорошо, — Усмехнулся я. И когда эта девушка научилась так хорошо меня понимать?
Минут через пятнадцать я увидел впереди огромный дом, сложенный из толстых брёвен.
Неважно.
Главное то, что Фая скинула мне «фоточки» и ощущения энергии.
Что ж… чел, у которого серьга с изображением ящерицы, обвивающей гвоздику — символом Ордена Разочарования, точно не может быть простым тренером по танцам.
Хотя, справедливости ради, девчушек сейчас в самом деле тренируют обычные балерины.
А через окошко на втором этаже за их тренировкой наблюдает женщина в кринолине и с огромным помпадуром.
Я направился к ней.
Очень вовремя. Когда я оказался подле женщины с помпадуром, к ней шаркающей походкой подошёл «дряхлый» дедуля. Встал рядом с женщиной и принялся вместе с ней наблюдать за тренировкой.
— Всё-таки лучше было вам покинуть мой дом! — внезапно выпалила мадам Помпадур, резко обернувшись к дедуле.
— О чём ты, милая? — проговорил дедок, приобняв её за объёмную задницу.
— Нет… ну… — сбивчиво забормотала женщина, не пытаясь вырваться из его объятий.
Казалось, ей в них довольно привычно.
«Оппа! Вот это у неё, конечно, огромная жопа! Или лучше сказать „помпадур“?»
«Не надо так говорить».
«Ладно-ладно. Опять дешёвые юмористические шоу на ночь смотрела. Но, оппа! Ты посмотри на дедулю, а? Ему по виду уже пора старуху с косой обнимать, а не ко всяким фигуристым бабам лезть».
