Две недели спустя, поместье Белозеровых вспыхнуло адским пламенем. Графиня Кристина Альбертовна и ее подруги прячутся от разрушений и убийств, которые началось после сообщения о пропаже царевича Александра. В гуще пожарищ и крови девушки обрели новый силу, готовые защищать поместье и своих близких в непредсказуемой войне....
Генералу ОКЖ явно пришлось хорошо потрудиться, чтобы заручиться поддержкой таких бойцов. Они явно верны ему, раз присутствую здесь в данный момент.
Однако же не трое Героев в масках и даже не экстренно прокачавшийся Богоподобный генерал впечатлили меня больше всего.
Самым примечательным был четвёртый человек в маске. Фигуру он имел щуплую, а рост невысокий. Был заметно мельче трёх Героев.
Но при этом колец Метки на его теле было гораздо больше.
Да, не так много, как у ныне покойного старика Касимовского.
И всё же щуплый был Богоподобным.
Но, что важнее не простым Богоподобным. Его Сосредоточение было гораздо крупнее, чем у старика Касимовского.
Да… его внутренний энергетический рисунок напоминал мой и Яры Пожарской.
Похоже, передо мной человек, который, как и мы с Ярой, был могучим воином в прошлой жизни и помнит об этой самой прошлой жизни после перерождения.
— Всё прошло без проволочек, Кирилл? — спросил княжич Волконский у барона.
— Так точно, Ваше Сиятельство! Всё без сучка, без задоринки.
— Хорошо, — пробасил княжич. — С Белозёровым тоже проблем не было? Препарат подействовал?
— Даже лучше, чем на Елизавету Сергеевну, — с готовностью ответил Мурашов.
Щуплый Богоподобный тихо хмыкнул, а княжич Волконский одобрительно проговорил:
— Как и ожидалось. Ты молодец, Кирилл, — пару секунд он задумчиво молчал, а затем быстро спросил: — А что насчёт немца?
— Их фракция подтвердила желание укрепить отношения с нашей Империей, когда Его Высочество Михаил взойдёт на престол.
— Отлично! — прогремел Волконский.
Барон Мурашов и его бравая команда засуетились. Приковали нас с Лизой к креслам кандалами, блокирующими энергию. Причём на количество этих редких кандалов не скупились — на Лизу повесили две пары, а на меня аж четыре — по отдельной паре кандалов на каждую мою руку и ногу.
Меня прям боятся…
Приятно!"
"В мою вену на руке вновь вонзилась игла.
— М-м-м… — промычал я, изображая выход из комы.
Юрец прикрыл и Лизу. Её я плавно приводил в себя с помощью Семейного Дара. Девушка тоже замычала, повела головой, попыталась разлепить глаза…
Позади нас хлопнула дверь кабинета — все лишние покинули помещение. Остались только мы с Лизой, её дядя, и четыре дядиных телохранителя.
— М-м-м… — вновь замычала Лиза.
