Две недели спустя, поместье Белозеровых вспыхнуло адским пламенем. Графиня Кристина Альбертовна и ее подруги прячутся от разрушений и убийств, которые началось после сообщения о пропаже царевича Александра. В гуще пожарищ и крови девушки обрели новый силу, готовые защищать поместье и своих близких в непредсказуемой войне....
И конкретно сейчас ты думаешь о какой-то мутной, мало кому нужной ерунде. Хорошо хоть параллельно с этим энергию распределил. Я чувствую, что твой огонь стал мощнее. Поздравляю с этим».
«Спасибо».
«Значит, ты закончил бездельничать и думать о мироздании? Сам же понимаешь — дело это бесполезное, от твоих дум мирозданию ни горячо, ни холодно».
«Закончил», — усмехнулся я, медленно выходя из медитации.
«Вот и здорово. Тебе сейчас предстоит думать о куда более важных вещах, нежели вся эта сложная мура».
«О чём же?» — я уже откровенно веселился.
«О размножении, оппа. Самка номер два сюда бежит».
Одним рывком я поднялся на ноги и огляделся по сторонам. Да уж, здорово мы изменили рельеф — местами появились огромные кратеры, а кустарников и зелени в округе совсем не осталось. После нашего боя здесь лишь выжженная пустыня с поплавившимся песком.
Хорошо хоть Фая убрала огонь и частично впитала в себя жар, тем самым снизив окружающую температуру. Но даже при этом, спешащим к нам людям, чтобы здесь находиться, приходилось здорово напитывать покровы энергией.
Впереди всех бежала светловолосая девушка в красивом латном доспехе, сияющем на солнце. Её лицо было напряжённым.
Бежит…
Не останавливается…
Эй, реально же не останавливается! Алё! Ты же врежешься!
Света с разбегу влетела в меня и повисла у меня на шее. Я ощутил бурю эмоций внутри паладинши. Смесь радости, облегчения, чувство отступающей тревоги…
О, начало проявляться смущение. Но не столь явно, как наслаждение.
Уткнувшись мне носом в плечо, Света продолжала стоять в обнимку, не произнося ни слова.
— Я тоже рад тебя видеть, герцогиня, — произнёс я голосом, изменённым с помощью спецоборудования."
"Только сейчас девушка подняла голову и, не прекращая меня обнимать, пристально уставилась в мой шлем.
— Возможно, ты разочаруешься во мне, как в воине, но я волновалась, — произнесла она тихо. — Ты ушёл один против этой неведомой Тьмы. Я… не сомневалась в тебе. Верила, что ты победишь её.
Выдав эту тираду, она напряглась и будто бы перестала дышать, ожидая моей реакции.
Я улыбнулся под шлемом. Забавно, бой ведь в самом деле выдался довольно сложным. Я не верю, что я мог проиграть…
Но Тьма смогла пробрать меня почти до самого сердца.
— У тебя отличная интуиция, герцогиня, — изрёк я. — Но как видишь, теперь всё позади.
