В мрачном доме на окраине города погружается в глубокий сон, когда внезапно раздается жуткий крик — будильник застрял. Страх и растерянность берут власть над новоселом, но она с трудом выходит из постели, борясь со сном. Этот необычный день только начинается, а уже загадка о ночной тьме и звериной силе исчезающей девушки будет разворачиваться перед читателем в темноте и напряжении....
Похоже, «Огненный Зверь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он закатил мне длиннющую речь, что после его смерти я останусь единственным наследником, и он верит, что я продолжу его дело и так далее в том же духе.
Значит, мне не одной показалось, что старик прощался.
Я пожала плечами:
- Он принял близко к сердцу угрозу Яслям.
Но этой версии Кирилл не поверил.
- Он что-то знает.
- Что именно?
- Хотел бы я знать, - в его голосе сквозило раздражение. - Знает что-то плохое, но, как всегда, планирует выход в одиночку.
- До этого у него прекрасно получалось, - напомнила я.
Кирилл поджал губы, снова прислушиваясь.
- Вселенская тоска, - прокомментировал он.
- Все образуется, - сказала я совершенную глупость, в которую сама не верила.
Кирилл хмыкнул.
- Так или иначе, - отозвался он, потом посмотрел на часы. - Я должен ехать.
Я кивнула, чертовски не хотелось, чтобы он уезжал.
- Будь осторожней, - попросила я.
- И ты, - кивнул он. - Зверь, береги ее.
""А как же!"" - обиделся Зверь.
Кирилл подарил мне еще один долгий взгляд и вышел.
Несмотря ни на что, мое сердце пело.
И я пошла к Золотаревскому.
Владимир Петрович, как и всегда, сидел за столом, только на этот раз он что-то писал. Когда я вошла, он убрал листок и ручку в стол.
- Кирилл за вас беспокоится, - сказала я, садясь в свое привычное кресло. - Я тоже.
- Вам нужно переживать за себя, а не за такого дряхлого старика, как я, - ответил Золотаревский.
- Вы знаете то, о чем нам не говорите? - спросила я прямо, не видя смысла ходить вокруг да около.
И он ответил так же прямо:
- Я всегда знаю больше остальных, разумеется, этот раз не исключение."
"У меня мороз пробежал по коже от печали в его голосе.
- Случится что-то страшное? - ахнула я.
На его губах появилась улыбка.
- Девочка моя, это зависит только от того, чего ты боишься. Для каждого человека существует свое ""страшное"".
- Теперь вы напугали меня еще больше, - призналась я.
- Все будет хорошо, - он подался вперед, наклонившись над столом и смотря мне прямо в глаза. - Запомни раз и навсегда, что бы сейчас ни происходило, все будет хорошо.
- Вы меня гипнотизируете?
- Настраиваю на нужный лад, - усмехнулся старик.
- Все правда будет хорошо? - я не сводила с него внимательных глаз.
Владимир Петрович снова откинулся на спинку кресла, помолчал немного, словно решая, говорить мне или нет. Потом все же решился.
- Существует множество вероятностей будущего, и я тебе об этом говорил. Я вижу некоторые из них, одни ярче, одни совсем мутно.
