В мрачном доме на окраине города погружается в глубокий сон, когда внезапно раздается жуткий крик — будильник застрял. Страх и растерянность берут власть над новоселом, но она с трудом выходит из постели, борясь со сном. Этот необычный день только начинается, а уже загадка о ночной тьме и звериной силе исчезающей девушки будет разворачиваться перед читателем в темноте и напряжении....
Похоже, «Огненный Зверь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
- Значит, пожертвовал собой ради нас, - горько произнес Кирилл, когда я выдохлась и замолчала. - К черту это благородство..."
"Теперь он отстранил меня и сел, выпил уже остывший кофе залпом, будто спирт.
- Ты подозреваешь кого-нибудь? - спросила я, тоже возвращаясь на свое место.
Он помедлил, потом покачал головой.
- Даже представить не могу, кто может быть эта сволочь.
- Вот поэтому старик и попросил меня разыграть этот спектакль, чтобы никто не догадался, что нам что-то известно.
- Всегда впереди всех на два шага, - пробормотал Кирилл, поморщился и исправился: - Был на два шага впереди.
Только сейчас я поняла, что все еще в куртке, я совсем забыла о ней, не чувствовала ни жара, ни холода. Расстегнула замок, достала конверт.
- Это он просил передать тебе.
Кирилл протянул руку, взял конверт и потом еще несколько секунд просто держал его в руках, затем решился, оторвал край и вытащил письмо.
Я тактично молчала, пока он читал, только следила за его лицом, он то хмурился, то грустно улыбался, но не произносил ни слова.
Наконец, он закончил, положил листок на стол и закрыл глаза.
- Что там? - решилась спросить я, когда поняла, что он не собирается ничего говорить.
Кирилл подтолкнул ко мне письмо:
- Читай.
Мне было приятно его доверие, но меня еще в детстве приучили никогда не читать чужую корреспонденцию.
- Краткого содержания мне будет достаточно, - я покачала головой и снова подвинула к нему листок.
- Помимо лирики, там сказано, где находится его завещание, что все его имущество переходит ко мне, и я вправе распоряжаться им так, как мне заблагорассудится.
- Он очень тебя любил, - прошептала я.
- И я его, - Кирилл отвернулся, пряча боль в глазах. - И я чувствовал, что с ним что-то не так, чувствовал, что он будто прощается, но решил все выяснить завтра. Только завтра для него не наступит.
- Я думаю, последнее, чего бы Владимир Петрович хотел, это чтобы ты винил себя, - высказалась я.
- Я знаю, - голос Кирилла был лишен красок. - Он всегда утверждал, что я слишком многое на себя взваливаю. Он хотел, чтобы я был счастлив.
