В мрачном доме на окраине города погружается в глубокий сон, когда внезапно раздается жуткий крик — будильник застрял. Страх и растерянность берут власть над новоселом, но она с трудом выходит из постели, борясь со сном. Этот необычный день только начинается, а уже загадка о ночной тьме и звериной силе исчезающей девушки будет разворачиваться перед читателем в темноте и напряжении....
Похоже, «Огненный Зверь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я ехала на небольшой скорости, полностью погруженная в свои мысли и чувства.
Я вскрикнула, когда острая боль прожгла локтевой сгиб.
Это всего лишь одна вторая той боли, которая досталась бы ему, успокаивала я себя, всего лишь половина.
Я не знала, сколько длилась эта поездка, но я бы смело назвала ее Дорогой в Ад. Капюшоны не медлили. Такой физической боли я еще не чувствовала никогда в жизни, даже когда горела заживо во время вживания Зверя, даже тогда это были цветочки, легкая прелюдия.
Было ощущение, что у меня раны по всему телу, и из них льется кровь.
""Спокойно, - сказал Зверь. - Да, ты чувствуешь кровь, но это не твои раны, не твоя кровь. Это только чувства, твое тело здорово и в прекрасной физической форме. Ты мне веришь?""
- Верю, - выдохнула я, вцепившись в руль мертвой хваткой. - Чееерт! - я зашипела от новой боли. - Сволочи... Ненавижу...
""Так, хватит, - решил Зверь, - отдай мне контроль, я поведу, еще врежемся куда-нибудь"".
Я глубоко вздохнула, пытаясь расслабиться вопреки боли во всем теле и выпустить Зверя. Уже через несколько секунд, мои руки сами собой, переместились на руле поудобнее, плечи распрямились. Он взял под контроль мое все мое тело ниже шеи.
""Отлично, - прокомментировал Зверь. - Теперь можешь не отвлекаться"".
А я бы как раз отвлеклась и с удовольствием. Боль стала почти невыносимой, я сцепила зубы. Нет, я не сдамся, ни за что не сдамся. Что знал Золотаревский, что видел благодаря своему дару, не это ли, когда просил об одном: верить в себя? Что ж, вера в себя - это все, что мне осталось, и я отчаянно верила всем своим существом.
В этот момент я любила и верила. Зверь сказал, что только наша любовь может спасти Кирилла, только она способна поддерживать эту связь, которая позволяет мне разделить с ним его страдания.
- Звееееерь! - зашипела я через крепко сжатые зубы, когда боль стала практически невыносимой.
""Что?""
- Ни.
""Прекратить?""
- Нет! - я испугалась, он спросил это очень серьезно. - Ни за что! Все... все нормально.
Ощущение близости усилилось, мы двигались в нужном направлении. Я чувствовала, что он уже где-то недалеко.
- Где мы? - простонала я. Глаза слезились, я уже и видела-то с трудом.
""Черт его знает, - ответил Зверь. - Опять какая-то окраина"".
И вдруг я не выдержала, закричала в голос. Что это? Это было невыносимо.
