В мрачном доме на окраине города погружается в глубокий сон, когда внезапно раздается жуткий крик — будильник застрял. Страх и растерянность берут власть над новоселом, но она с трудом выходит из постели, борясь со сном. Этот необычный день только начинается, а уже загадка о ночной тьме и звериной силе исчезающей девушки будет разворачиваться перед читателем в темноте и напряжении....
Похоже, «Огненный Зверь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
- Теперь тебя кто-нибудь любит? - в моих глазах он выглядел жалко. Причиной оказались всего-навсего детские комплексы и обиды. - Знаешь историю про толстую девочку? Она была толстой, и ее никто не любил. Она думала, это потому, что она некрасивая. Она похудела, но никто не стал ее любить больше, потому что она была дурой. Никого не напоминает?
Он залепил мне пощечину. Видимо, я попала в точку.
Сначала было больно, но Зверь быстро убрал боль.
- Мне не нужна любовь мелких людишек, - заявил он, хотя я прекрасно видела, что он лгал, всего лишь бравада.
"- Эй, Петя, слышал? - обратилась я к кучке пепла, которая по-прежнему лежала у дверей. - Странно, молчит. Кажется, его самоутверждение не пошло ему на пользу.
- Он был всего лишь глупый мальчишка, - презрительно бросил Мартынов. - К тому же трус. Ты бы видела, как он верещал, когда мы обрабатывали Илону, с незнакомыми не церемонился, а, как увидел ее, хотел соскочить, остаться чистеньким.
Я покачала головой.
- Видно, не больно-то хотел.
У Пети был миллион шансов прийти и покаяться Золотаревскому, старик бы понял, старик бы простил и помог.
- Знаешь, ты ведь мне действительно нравилась, - продолжал Мартынов. - Я хотел быть с тобой, думал, если мы будем вместе, ты отдашь мне Зверя добровольно. Когда ты сожгла моих людей в фургоне, я решил сменить тактику, испробовать с тобой пряник, а не кнут.
Кажется, сегодня не одна я пыталась что-то понять для себя. Впрочем, это было бесполезно, как для него, так и для меня.
Я покачала головой.
- Я тебе уже говорила, Дим, я просто та, кто я есть. И, видимо, мое подсознание разбирается в людях лучше, чем я сама.
Но, как бы искренне я не пыталась говорить, мы общались словно на разных языках.
- Ты встретила своего святого Кирилла Золотаревского и даже не смотрела в мою сторону, - желчно бросил Мартынов.
Надо же, он обвинял во всем Кирилла, даже не меня.
Я поняла, что мне больше нечего сказать этому человеку. Мне больше не были интересны его мотивы. Передо мной просто стоял маленький никому и никому не нужный садист-убийца с манией величия.
Я больше ничего не хотела знать, видеть и слышать. Зверь как-то сказал мне: никогда не суди людей по себе, не пытайся вогнать их в те же рамки. Он был прав.
