Автор
Евлампия Романова неожиданно становится мамой двум детям и нанимает няню, но тут её соседка просит помощь: подозревает убийство своей матери. Параллельно с воспитанием малышей Лампа берётся за новое расследование, погружаясь в опасную историю, где каждый подозреваемый может быть преступником.
Раздел Chitat.online для книги «Огнетушитель Прометея» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Евлампия Романова неожиданно становится мамой двум детям и нанимает няню, но тут её соседка просит помощь: подозревает убийство своей матери. Параллельно с воспитанием малышей Лампа берётся за новое расследование, погружаясь в опасную историю, где каждый подозреваемый может быть преступником.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дарья Донцова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Евлампия Романова неожиданно становится мамой двум детям и нанимает няню, но тут её соседка просит помощь: подозревает убийство своей матери. Параллельно с воспитанием малышей Лампа берётся за новое расследование, погружаясь в опасную историю, где каждый подозреваемый может быть преступником.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Некоторые женщины не надевают под шелковое одеяние трусики, потому что они некрасиво проступают сквозь ткань, Инна тоже решила обойтись без нижнего белья и теперь сверкала голой попой.
Окружающие интеллигентно сделали вид, будто ничего не заметили. Чуть не сгоревшая от стыда Петрова кинулась в каюту, куда вскоре пришел муж и сказал:
– Здорово ты выступила. Весь народ исключительно о твоей жопе судачит.
Инна, понявшая, кто аккуратно подпорол шов юбки, сделав так, чтобы она некоторое время была целой, а потом, при движении, развалилась, не сдержала эмоции:
– Это ты придумал! За что ты меня так ненавидишь?
– А нечего молодым парням на пристани глазки строить! Только и думаешь, как бы с кем потрахаться! – рявкнул Петр и избил супругу.
Свой рассказ Весенин завершил почти риторическим вопросом:
– Понимаете иезуитскую манеру Комарова?
Я кивнула. Николай Георгиевич прислонился спиной к подоконнику.
– Алла умела быстро «тушить» синяки Инны, зашивала пару раз раны на ее лице…
– Бровь! – воскликнула я.
Весенин и Макс с недоумением воззрились на меня.
– У тех, кого избивают, часто травмируется бровь, – пробормотала я.
– Верно, – в один голос согласились мужчины.
А я вспомнила.
Нина Егоровна Белкина, верная секретарша директора клиники, где работала Алла Михайловна, рассказала мне, как поздним вечером, захотев полакомиться тортом, отправилась в хирургическое отделение в надежде найти бисквит там в холодильнике. Медсестры в комнате отдыха не оказалось, и Белкина, человек старого воспитания, не стала брать торт без спроса, а пошла искать кого-нибудь из персонала. Услышала голоса в перевязочной, заглянула туда и увидела Аллу Зотову, которая зашивала бровь своей подруге Инне. И ведь Нина Егоровна попыталась рассказать мне подробности, воскликнула что-то вроде: «Я хорошо знала Инну, она часто прибегала к Алле, милая женщина, но муж у нее натуральный урод. Представьте, что он сделал…»
Белкина явно намеревалась рассказать мне про взрыв автобуса, но я решила, что услышу порцию совершенно не относящихся к Зотовой сплетен, и остановила ее. Я допустила ошибку, мне следовало дать Белкиной выговориться, и уже тогда бы стало ясно: со взрывом автобуса что-то нечисто. Выстроилась бы цепочка – Лариса вроде случайно оказалась в «Икарусе», но женщина, чей муж устроил взрыв, подруга Аллы, любовницы Весенина. Впредь будет мне наука, нельзя прерывать человека, даже если его несет не в ту степь, может, именно в этой степи и зарыта собака.
А Николай Георгиевич тем временем продолжал рассказывать.
Спустя пару недель после кончины Инны он пошел в клинику на прием к гомеопату Зотовой. О ней Весенину не раз говорила Петрова. Алла Михайловна понравилась Николаю.
