Автор
Нельзя быть верным другом всем. В одной маленькой квартире в Москве происходит необычное путешествие одного огнетушителя. Здесь он становится ключевым участником борьбы за свободу и справедливость, переплетаясь с мелкими повседневными проблемами жильцов и загадочными таинствами подъезда. Атмосфера напряженного приключений и тайных связей влекут за собой читателя, словно крахмальная скрипка в старой газете....
– И тогда вы сказали Зотовой, что выбьете сто тысяч из медцентра и на них она отправится в Германию. Деньги не из бюджета вашей семьи, взяты у врачей, неправильно лечивших Раису, – продолжила я.
– Вам это кажется диким? – поднял на меня печальные глаза Весенин. – Ну да, со стороны выглядит не очень красиво – взять деньги за смерть жены и вылечить любовницу… Но Раю-то уже не вернуть, а Аллу можно было спасти. Мы с Надей двое суток уламывали ее, пока она не сдалась и не согласилась! Аллочка была удивительным человеком, однако господь решил и ее у меня забрать.
– Юрий встретил Марину, она родила ему ребенка и смогла изменить Приходько, тот отправился к психологу, кардинально переменился, – пояснила я.
"– Не верю! – отрезал Николай Георгиевич. – Черного кобеля не отмыть добела. Не бывает такого. Наверняка подлец задумал новую игру. Он готов признаться в преступлениях, за которые ему ничего не грозит. Олега Панина осудили, Комаров отбывает пожизненное, никто их дела пересматривать не станет, да и причин нет. Панин признался, что в состоянии аффекта толкнул жену, и вину Петра, хоть он ее и отрицал, следствие доказало полностью. Юрию даже пальцем не погрозят. Я понял! Он затеял все это, чтобы отомстить мне!
– Каким образом? – не сообразила я.
– Лариса! – воскликнул Весенин. – Негодяй оболгал девочку, представил ее убийцей Инны. Натянул овечью шкуру, но держит в укромном месте нож. Следующий этап – он со своими признаниями идет в «Желтуху». Я его убью! Лариса никогда бы не связалась с такой мразью, и уж тем более ей не пришло бы в голову угощать Петрову кофе с ядом.
– Ваша дочь не знала про отраву, – пояснил Макс, – считала, что в сахаре снотворное.
– Пусть так! Но все равно Лариса ни при чем! – возмутился Весенин.
– Принеси ему воды, – тихо попросил меня Макс.
Я встала и хотела пойти на кухню, Николай Георгиевич перестал кричать, стоял молча, хватая ртом воздух.
