Автор
В урочное начало нового учебного года, Есения чувствует, что мир вокруг начинает трансформироваться под знаком первой весенней субботы - дня, когда каждый взрослый задумывается о своей семье и браке. Как учитель, он находит в этом не только символическое отражение времени года, но и новый подход к преподаванию. Однако даже такие маленькие изменений кажутся прецением жизни: завяли букеты на окне, а конфеты исчезают как из воздуха....
Старается меня понять вроде как. Вздыхает тихонечко и заботливо приглаживает мои волосы. Очерчивает ладонью щеку.
– Ну а в больнице-то ты был? – интересуется.
– А как же?
– Мне завтра тоже на медосмотр. К восьми утра в поликлинику.
– Я отвезу.
– Как, Антон? – закатывает она глаза и замечает костыль у тумбочки.
– Нога ведь левая, – пожимаю плечами. – За рулем я ездить могу.
– Ладно… Приготовлю тебе куриный суп. Или… может, что-нибудь хочешь?
Я опускаю взгляд на ее губы: розовые, увлажненные и красивые до одури.
– Ог-нев, вот что ты за человек? – смеется Еся в голос.
– Минет хочу, – киваю невозмутимо. – Чисто как калеке, – подмигиваю.
Фюрер не обижается. Заливисто смеется и накрывает ладонью мой стояк через шорты. Поглаживает его основательно так. Со всем присущим ей милосердием.
– Только после обеда, больной, – загадочно произносит, все же поднимаясь и прикрывая за собой дверь.
Я, забросив руки за голову, пялюсь в потолок и слушаю доносящиеся из кухни уютные, домашние звуки.
А может в этих больничных и есть что-то?..
Кемарю недолго. До тех пор, пока не слышу визг и не срываюсь с места, совершенно забыв о костыле.
– Что? – выскакиваю в коридор.
Нога ноет и просит пощады.
– Это… кто?! – Еся с половником в левой руке пялится на грязное рыжее чудовище у порога.
Искорка, прячась за хозяйку, принюхивается и негостеприимно шипит.
Блядь! Забыл…
– Это Вася… – потираю затылок, физически ощущая, что мой любимый минет машет мне платочком и скрывается за поворотом до лучшего случая.
– Вася?..
– Угу.
– Откуда он здесь?
– Я… привез.
Масштаб катастрофы впечатляет. Фюрер приближается к кошаку, нагибается и быстро хватает свой сапог из-под морды. Осматривает его.
Принюхиваюсь, все уже понимая.
Страшное случается. Еся морщится, стискивает половник и шипит:
– Ну держись, Огнев!..
Глава 34. Есения
– И что? Теперь у вас два рыжих кота? – ошарашенно смотрит на мои зимние угги Ленка.
Это была единственная обувь, в которой было целесообразно выйти на улицу в минус два градуса.
– Да, – беспечно отвечаю. – Теперь их двое.
Подруга крутит у виска.
– Ну вы и отбитые, Огневы!.. Оба! Как на подбор! И нашли же друг друга…
Я пожимаю плечами и здороваюсь с медсестрой, которая, забрав у нас направления на медосмотр, скрывается за дверью кабинета с табличкой «Офтальмолог».
– За сапоги я бы убила, Еся! – никак не может успокоиться Ленка.
– Ладно уж, – вздыхаю мечтательно.
