Если не им, то кому еще мне верить?
– Что же случится с тобой, если ты их потеряешь?
Рука Мария замерла; ладонь расслабленно лежала на столе, и Итрида бездумно рассматривала ее, любуясь сильными длинными пальцами, выступающими венами и белой кожей, исчерченной метками ран – старых и совсем свежих.
Однажды Итрида уже потеряла семью. И сейчас она замотала головой, отметая саму только мысль о том, что и эту когда-нибудь потеряет. Нет. Она сделает все, чтобы они выжили – каждый из них. Что бы ни случилось. Итрида с радостью оставила бы друзей под присмотром Хранительницы Чащи уже сейчас. Но она не была уверена, что Ясмена сможет удержать бродяжников, если они надумают отправиться следом за своей непутевой вожачкой. Так что пусть лучше идут рядом. В конце концов, их сопровождает глава Школы Дейва – спасибо Ясмене за любезное разъяснение о его положении среди других дейвасов. Уж он точно сможет присмотреть за бродяжниками там, где их собственных сил не хватит. А после того, как Итрида возьмет силу Огнь-Камня, она сможет защитить их сама.
Ради Бояны, Храбра и Даромира Итрида мысленно поклялась светлым и темным богам, что покорит этот навий камень, чего бы ей это ни стоило.
– Не будет этого, – огненосица ответила дейвасу твердым взглядом. Выпрямилась и вскинула голову, невольно вспомнив осанку и стать Йуллы, носившей палку, кажется, только для вида.
Марий легко читал по лицу девушки все ее мысли.
– Ты хочешь их защитить и тут же подвергаешь опасности. Думаешь, разумно ссориться с тем, кто способен тебе помочь? Поверь, Огонек, без меня рудознатцы не пустят вас дальше подножия своих скал. Вы не успеете их даже заметить прежде, чем вас нашпигуют стрелами. Тебе не с руки ссориться со мной. Так что если ты действительно желаешь, чтобы твои бродяжники выжили – поумерь свой норов.
Внутри Итриды вспыхнула злость, и ей стало тяжело дышать. С губ рвались едкие слова, и бродяжница сжала их плотнее, не давая прозвучать тому, о чем она точно пожалеет. Ей хотелось послать дейваса в Навь, благо что они уже тут находились, но Итрида понимала, что он прав. Прав, морокун его побери! Сейчас она ничего не может ему противопоставить. Даже не скажи Ясмена про опасность живущего в ней огня, Итрида сама чувствовала, что пламя становится сильнее. И когда-нибудь оно сожжет ее, если она не найдет способ его обуздать.
– Огонек, – позвал дейвас, и Итрида повернулась к нему. Напряглась всем телом, как зверь перед броском, ожидая, какую еще гадость он скажет. Но дейвас только поднял руку и погладил ее по щеке. Уверенно, сильно – его руки были покрыты шрамами и мозолями от меча. Касание дейваса было горячим, но Итриде не хотелось его сбрасывать.
– Я не дам тебе сгореть, – прошептал дейвас.