Только личный обоз царя и его походной канцелярии должен был проследовать в город в центральную цитадель, где раньше жил сатрап, правитель Бактрийской провинции.
Теплое весеннее утро, еще охваченные ночным морозом сухие дороги, бодрые песни сытых воинов и, наконец, величественный вид древнейшей персидской столицы, лежавшей покорно у ног завоевателя, – все это привело Александра в радостное настроение. Он сидел на своем старом, по-прежнему буйном вороном жеребце Буцефале, служившем исключительно для торжественных выездов. Жеребец, возбужденный множеством окружающих его коней, звонко ржал, бил передней ногой, грыз удила и натягивал широкий красный повод, сдерживаемый мускулистой рукой всадника.
Базилевсу донесли, что в городе никаких враждебных войск нет, что совет белобородых старейшин решил встретить завоевателя за воротами города, покорно сдавшись на его милость.
– Эвмен! – обратился Александр к начальнику своей походной канцелярии. – Которую по числу столицу я беру?
– Ты взял их столько, что немудрено забыть! – воскликнул находившийся поблизости и не стеснявшийся лести Перитакена.
– Во всяком случае, не последнюю и даже не предпоследнюю, – ответил Эвмен.
– Впереди еще столица согдов – Мараканда и столица скифов – Роксонаки, – добавил Александр.
Въезжая в городские ворота, Александр остановился. Высокий, высохший, как скелет, старик с жесткой седой бородой, длинной, как хвост лошади, выскочил вперед. Он держал в руках старинные пергаментные свитки.
– Остановись, покоритель мира! Ты бессмертен! Выслушай, что говорят древние книги. Они всё знают. Они говорят о тебе! Они предсказали твой въезд в Бактру, хранительницу священного огня.
– Пусть говорит, – сказал базилевс, ожидая хвалебных слов.
– «Настанет день, когда небо померкнет от горя и деревья и травы завянут от смрада гниющих трупов… Придет Афрасиаб, кому бог зла Ариман дал бессмертие, чтобы он истребил все человечество…»
– Он безумный, прогоните его! – закричали кругом.
– А ты тоже бессмертный? – спросил Александр.
Он разгорался гневом. Его вороной жеребец заплясал.
– Я тоже бессмертен, но я знаю, как погубить тебя, чтобы спасти праведный народ Авесты. И когда ты умрешь, черви в три дня съедят твое гнусное тело…
– В каких книгах написано твое предсказание? – яростно прохрипел базилевс.
– Здесь, в священной книге праведного, блистающего мудростью Заратустры! – кричал старик, потрясая свитками.
– Гефестион, я приказываю собрать все эти вредные, бессмысленные книги, о которых говорит этот враг здравого рассудка и чистой философии. Я приказываю сложить все книги в одно место, облить маслом и сжечь вместе с этим безумцем…
Александр хлестнул коня и, опрокинув старика, быстро въехал в ворота.