Современник попадает в XVII век и становится бомбардиром Петра Великого. Он совершает дерзкие поступки, включая подрыв фрегата и атаки на стены Азова. Перед ним стоит необходимость выживать и действовать в условиях военного конфликта.
В углу ординаторской, за письменным столом, готовил истории болезни к утренней планерке мой коллега Владимир Матвеевич, он отдежурил ночь и мечтал поскорее сдать дежурство и смыться отсыпаться. Судя по стопке историй болезней и синим кругам под глазами, ночь выдалась не из легких. Как всегда, только в восемь появился заведующий, в белом халате и высоченном колпаке. Поздоровавшись со всеми, кивнул отдельно мне.
– Вышел? Хорошо, а то я совсем зашился. Забирай истории пациентов из своих палат, пусть тебе их Владимир Матвеевич передаст.
Минут за двадцать мой коллега вкратце пересказал мне болезни уже моих пациентов, передал истории, и мы попрощались. Я пошел на обход. Экстренного ничего не было, в плановом порядке надо было оперировать двоих. Я подошел к заведующему, и мы согласовали время операций. Заведующий решил меня подстраховать, как-никак месяц не стоял за операционным столом – это как у летчиков вывозные полеты с инструктором. На следующий день я оперировал, заведующий стоял рядом, ассистировал, присматривал за ходом операции. После второй операции, снимая окровавленный халат, он бросил мне:
– Зайди ко мне в кабинет.
Переодевшись, зашел к начальству, тот милостиво разрешил закурить, что бывало с ним крайне редко. Обычно это свидетельствовало о предстоящей выволочке или о чем-то необычном. Я уселся в кресло, с удовольствием затянулся сигаретой. Никаких проколов я за собой не чувствовал и поэтому был спокоен.
Виктор Сергеевич побарабанил пальцами по столешнице, молчание затягивалось. Наконец заведующий заговорил:
– Кожин, ты где отпуск провел?
– В Москве, у родственников.
– Да? Вроде ты раньше о родственниках в Москве не упоминал.
– Если и не упоминал, то это не значит, что их нет. А в чем дело?
– Юрий Григорьевич, тут какая-то закавыка. Обычно после длительного перерыва навыки несколько теряются, а ты с таким мастерством и блеском провел обе операции, что я просто диву даюсь. Вот и подумал, может, в отпуске ты где-то в хорошей клинике стажировался? Может, перебежать в другую больницу хочешь? Так, по-моему, тебе и у нас неплохо. Просто раньше ты никогда так не оперировал, техника стала другой, подход другой, и все это за месяц отпуска. Так могут оперировать хирурги с очень большим стажем и даром Божьим.
Я скромно потупился – что есть, то есть. Не рассказывать же ему, что когда я был в отпуске, то полтора десятка лет набивал руку и набирался опыта, в том числе оперируя королей, а затем в отпуске еще и в Институте Склифосовского.
