Дальше было заросшее поле, а за ним – ряд разрушенных зданий, огромных кирпичных складов с остроконечными крышами и без дверей. Стены покрылись виноградной лозой – в тяжелом воздухе покачивались, будто кивая, темные головы пучков-отростков.
Пендергаст сверился с маленькой картой, и напарники двинулись к первому складу. Внутри пахло плесенью и сухой гнилью. Даже самые осторожные шаги будили эхо. Задняя дверь вывела на гигантскую площадку, окруженную строениями. Цементную поверхность, словно картинку-пазл, исчертили трещины, сквозь которые пробивалась темная растительность.
– А если у них здесь собаки? – прошептал д'Агоста.
– Сторожевые собаки – это прошлое. Они непредсказуемы, шумят и часто не на тех нападают. Собак теперь используют исключительно для выслеживания. Опасаться стоит намного более тонких вещей.
Они пересекли бетонную площадку. В листве шуршали ночные животные. На другом конце внутреннего двора между двух рядов разрушенных зданий протянулась травянистая аллея, окаймленная грудами каменной кладки, по которым расползались темные пятна плюща. Пендергаст пошел осторожнее, освещая путь маленьким фонариком. Пройдя аллею наполовину, он опустился на колени и стал изучать поверхность. Затем, подобрав ветку, пошевелил ею траву впереди. Ткнул сильнее, и ветка вдруг провалилась.
– Яма. Заметьте, здесь нет обходного пути.
– Западня?"
"– Несомненно. Но обстановка очень убедительная – антураж старой фабрики: если нарушитель упадет в эту яму и погибнет, виноват он сам.
– Как вы ее вычислили?
– Здесь нет кабаньих следов. – Пендергаст отбросил палку и развернулся. – Пройдем через одну из лабораторий. Осторожно: там могла заваляться бутылочка-другая нитроглицерина – стратегический ход, рассчитанный на излишне доверчивых. Будем считать, что это – следующий круг системы безопасности, Винсент, соблюдаем тишину и постоянную бдительность.
Они вошли в темный дверной проем, и Пендергаст посветил вокруг фонариком. Пол усыпали осколки стекла, и куски ржавого металла, плиточное и кирпичное крошево. Пендергаст остановился и знаком велел д'Агосте выйти наружу.
Через две минуты они вернулись на внутренний двор.
– Что там не так? – спросил д'Агоста.
– Слишком много битого стекла, разбросанного слишком равномерно, к тому же оно современное. Звуковая ловушка: малейший шорох – и собственные ноги выдадут нас сенсорам. Думаю, есть и датчики движения.
В зеленоватом свете фонарика лицо фэбээровца выглядело бледным, призрачным и слегка встревоженным.
– Что теперь?
– Вернемся к яме.
Пендергаст крался впереди, тыкая палкой, пока не нащупал яму. Тогда он лег на живот, аккуратно раздвинул траву и посветил в яму фонариком.