Успешная женщина, ненавидящая огороды, получает в наследство от ведьмы-бабки усадьбу с проклятием. Теперь ей предстоит разобраться с магическими растениями, злыми соседями и собственной судьбой, чтобы избавиться от наследственного проклятия и понять, что на самом деле значит быть ведьмой.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Огородная ведьма» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Успешная женщина, ненавидящая огороды, получает в наследство от ведьмы-бабки усадьбу с проклятием. Теперь ей предстоит разобраться с магическими растениями, злыми соседями и собственной судьбой, чтобы избавиться от наследственного проклятия и понять, что на самом деле значит быть ведьмой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Успешная женщина, ненавидящая огороды, получает в наследство от ведьмы-бабки усадьбу с проклятием. Теперь ей предстоит разобраться с магическими растениями, злыми соседями и собственной судьбой, чтобы избавиться от наследственного проклятия и понять, что на самом деле значит быть ведьмой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хотя такие заросли никакая коса не возьмет, разве что мощный дисковый триммер.
— Она вашей семье много поколений служит! — продолжал экскурс страж полей на шесте.
— Вот и пусть служит дальше! — я ткнула ей в сторону хищного куста, он недовольно защелкал своими шипастыми пастями.
Надо бы и его выкорчевать, только подходить страшно. Все же черенок не такой длинный, метра полтора от силы, чуть не рассчитаю — и все. Такие колючки любые джинсы прокусят.
Я корчевала сорняки больше часа, пока с непривычки совсем не упахалась. Наверное, завтра не разогнусь.
Решив сделать перерыв, а заодно провести разведку, я осторожно пробралась вглубь огорода, к пугалу. Рядом с ним, что примечательно, сорняков почти не было, во всяком случае тех, которые сами на людей бросаются. Так что я села в ажурном теньке от листьев неизвестных мне растений. Известные тоже встречались, некоторые весьма походили на наши пасленовые: томаты, например, я узнала, еще что-то похожее на картошку. Вдалеке раскинулось поле с подсолнухами, следящими за медленно ползущим по небу солнцем."
"Чтобы не отставать от подсолнухов, пугало повернулся на шесте “лицом” ко мне. Голова у него была сделана из тыквы, то ли недозрелой, то ли выцветшей на солнцей до бледно-зеленого. Вырезанный рот не шевелился, зато дырки-глаза не выглядели пустыми провалами, в них будто едва серебрился зрачок. На голову-тыкву нахлобучена прохудившаяся соломенная шляпа, на “туловище” из палок — поношенная рубаха с шарфом на шее.
— Ну что, ведьма, чувствуешь прилив радости от единения с природой? — раздалось писклявое сверху.
Долго молчать пугало не умел, пусть я отвечала хорошо если на одну из пяти его реплик или вопросов, он все равно не унимался.
— Только усталость.
Руки неприятно тянуло, хорошей физической формой я никогда похвастаться не могла. Впрочем, три месяца на огороде, уверена, исправят это досадное недоразумение.
— Быть не может! — не поверил пугало. — Твоя предшественница говорила, что сама расцветает на огороде. Хотя по жизни она добрым нравом не отличалась.
— Я, скорее, вяну.
И действительно, под палящим солнцем работалось очень тяжело. Надо завтра постараться встать пораньше.
— Значит, ты что-то неправильно делаешь, — заключил этот эксперт.
Как “оно” пугало у меня упорно не воспринималось. Что-то было в нем такое… мужское. Как минимум — рубаха.
— Понимаешь, это все, — я обвела рукой заросшее поле, — совсем не мое.
— Как это не твое? — удивился пугало. — Очень даже твое! Тебя вон и лопата признала!
— Ну, если даже лопата… — протянула я. — Я к тому, что не нравится мне пахать и полоть, душа к этому не лежит.
Тут пугало посмотрел на меня своими вырезанными глазами так, будто я сказала ерунду, вроде «мы все стоим на голове, а ходим на руках».
