Автор
Вот описание для вашей книги: Каждое сентября, как нишутся консервные банки, я начинаю делиться своими рецептурами по сохранению огурцов - от простых до экстремальных. Наша общага становится местом радости и зависти со всех сторон, кто пробовал мои уникальные блюда из натурального зелени....
Месье Корден перебрался в столицу и обзавелся здесь большой гостиницей. Он всё так же один из основных наших покупателей. А самым главным покупателем теперь выступает королевский двор, и нам не приходится жаловаться на его скупость.
Супруги Дега построили новый дом. Их дочь, которая прежде была вынуждена искать заработков в больших городах, в родную деревню, и теперь тоже работает в теплицах. И их маленькая Луиза уже не голодает."
"В связи с возросшим объемом грузопотока месье Меридо закупил пару десятков лошадей и телег, нанял работников, став в нашей провинции этаким транспортным королем.
Дарен с Чарис, так и не получив приглашения от нас с Бернардом, как-то приезжали к Табите в Клермон. Но она тоже приняла их весьма прохладно. Какой бы доброй она ни была, но забыть о той обиде, которую они нанесли всем нам, было трудно.
За сегодняшним столом не было его величества. Мы приглашали и его, но он не слишком хорошо себя чувствовал.
А вот граф Шортер полностью оправился от своего ранения и теперь собирался жениться.
Маркиз Эванс и его семья по-прежнему вынуждены были оставаться в своем провинциальном поместье. Теперь, находясь в опале, Жасмин уже не получала хороших предложений, а на что-то менее блестящее, чем титул герцога или маркиза, она была не готова сама.
А тот единственный маркиз, который готов был бы предложить ей руку и сердце несмотря на то, что она находилась в немилости у короля, был не способен это сделать. За измену Арвитании маркиз Абеляр был осужден на пятнадцать лет тюрьмы. Если бы в свое время мадемуазель Эванс выбрала брак по любви, а не по расчету и стала бы женой того человека, который любил ее всей душой, вся эта история могла сложиться совсем по-другому.
Но я была рада, что всё случилось именно так.
Когда ужин закончился, мы вышли на балкон, и в тот же миг, когда мы оказались на улице, в темное летнее небо устремились тысячи фейерверков, и оно расцветилось множеством ярких вспышек.
Дельфина возбужденно залаяла, и нам пришлось успокоить ее большим мясным пирогом.
Это был первый салют в жизни маленького Джерома. И пусть сам он пока еще не мог им любоваться, за него это делали мы.
С реки подул свежий ветер, и я поежилась.
