Автор
На привычном корабле «Весна», гравитационные генераторы уже достигли почти семидесятипроцентного уровня мощности для маневровой нагрузки, но кресла дежурной смены неизменно стояли по правилам — и в космическом бизнесе эти традиции были еще более уважаемыми, чем сама церковная ритуальная процедура. Когда главный капитан объявил об экстренном присутствии на борту своего сверстника-контрабандиста, интрига только начиналась....
Кстати, среди друзей мисс Янсен я заметил одного молодого человека. Я никогда не жаловался на память и потому сразу вспомнил, кого он мне напоминает. Племянника хана Казым-Гирея. Помните скандал с колонией Итиль, решившей отделиться от султаната?
— Помню. — Полубой допил пиво, смял банку в кулаке и привел себя в сидячее положение. Именно привел, потому что само движение было быстрым, но одновременно плавным. Он как бы перетек из одного положение в другое. — Значит, сразу по прилете нам надо будет отделиться от этой компании.
— Я уже подумал об этом, — согласился Сандерс, — консул вышлет за нами личный глидер в космопорт, и на яхте мы не задержимся.
В каюте раздался мелодичный звон.
— Готовность к старту, как я понимаю, — сказал Сандерс, — капитан пригласил нас в кают-компанию. Думаю, как только ляжем на курс, надо будет воспользоваться приглашением.
Согласно кивнув, Полубой откупорил очередную банку и снова растянулся на койке.
— А как мы вообще попали на правительственную яхту?
Счастливчик криво усмехнулся.
— Ну это же Таир… Правительство торгует принадлежащей ему скудной собственностью с не меньшим энтузиазмом, чем любой лоточник в порту. А мне до смерти надоели низкоклассные рейсовики. Я попросил Шиманека заказать билеты на что-нибудь приличное и… вот мы здесь.
Обед начался, как и положено, с аперитива: дамы предпочли сухой «Мартини», джентльмены — виски и водку.
